9

Настоятельная необходимость обеспечения нулевых выбросов парниковых газов

ОКСФОРД – Мир добился подписания исторического соглашения по изменению климата. Соглашение, заключенное на Конференции по глобальному потеплению Организации Объединенных Наций в Париже обязывает страны предпринять действия для ограничения потепления в рамках «значительно меньше» 2 º Цельсия относительно доиндустриальных уровней температуры и прилагать «усилия» для ограничения потепления до 1,5 ºC. Соглашение также обязывает развитые страны предоставлять 100 миллиардов долларов США в год для помощи развивающимся странам. Но, к сожалению, заключительные переговоры упустили одну величину, которая действительно имеет значение для будущего нашей планеты: ноль.

Это ‑ сумма нетто количества углекислого газа, который мы можем выбрасывать, если мы вообще хотим стабилизировать температуру планеты хоть на каком-то уровне. Ноль, ничто, абсолютно ничего. Атмосферно-океанская система Земли походит на «ванну», заполняющуюся CO2 и другими парниковыми газами: чем выше уровень заполнения в этой «ванне», тем теплее будет на планете.

Кран выбросов должен быть закрыт потому, что как только «ванна» достигает определенного уровня потепления – скажем, 2 ºC, то выше этого уровня, как почти единодушно соглашаются ученые, риски становятся серьезными: становятся возможными критические переломные моменты, и не гарантируется возможность приспособления цивилизации к этим условиям. Другими словами, если атмосферная «ванна» будет переполняться, планета будет нагреваться на 3 º, 4 º и 5 º Цельсия и так далее до тех пор, пока выбросы, в конечном счете, не прекратятся – или же мы вымрем. Чем раньше мы закроем кран выбросов, тем ниже температура, при которой стабилизируется климат, меньше риска, с которым мы столкнемся, и ниже расходы, которые мы понесем для адаптации к более теплой планете.

Только приблизительно половина выбросов CO2, которые мы выбрасываем в атмосферу, остаются в атмосфере – остальное быстро переходит в океаны и биосферу. Но, поскольку океаны становятся все более насыщенными этими выбросами и их способность поглощения уменьшается, сокращается и объем выбросов, который может быть перераспределен в океаны. Аналогичным образом, повышение температуры вызывает увеличение выделения выбросов CO2 из почвы, что приводит к еще большему потеплению.

Единственный способ удалить попавший в «ванну» CO2 состоит в том, чтобы, почти буквально, вычерпать его оттуда. Есть естественные процессы «повторно извлекающие» CO2, но они слишком медленны, чтобы принимать их во внимание.

Технология улавливания и хранения углерода (CCS) позволяет извлечь CO2 из выбросов от переработки угля и газовых генераторных станций и собрать этот CO2 в подземные хранилища. Хотя это никак не связано с существующем CO2 в «ванне», технология CCS технически способна привести к уменьшению объемов выбросов от угля и газа почти к нулю. Но этот процесс остается очень дорогим, и попытки разработать широкомасштабную технологию идут очень медленно.

Очень маленький шаг отделяет крупномасштабную технологию CCS от возможности извлечения существующего CO2 из воздуха, его сбора и хранения. Но «технология обезвреживания CO2» все еще находится на относительно ранней стадии развития. Если мы пойдем по пути  разработки этой технологии, то масштабы ее применения  будут огромны.

Таким образом, мы принимаем участие в гонках. Сможем ли мы перевести кран выбросов к нулевой эмиссии, прежде чем «ванна» достигнет уровня, который приведет нас к потеплению выше 2 ºC – предела потепления, установленного на совещании в Париже? Фактически, даже этот уровень может быть не достаточно низким. Как признает Парижское соглашение, многие ученые считают, что потепление выше 1,5 ºC опасно и что адаптация к нему будет чрезвычайно дорогой, особенно для развивающихся стран и островных государств.

Хорошие новости заключаются в том, что, если бы мы как-то прекратили все выбросы сегодня, температура продолжила бы повышаться, но только в течение приблизительно одного десятилетия до окончательной стабилизации. Но с открытым краном выбросов мы быстро заполняем свободное пространство в «ванне». Мы можем выбросить не более чем половину нашей эмиссии CO2 за всю историю до настоящего времени, прежде чем мы, вероятно, превысим порог 2 ºC. При нашем нынешнем темпе выбросов мы достигнем этой точки примерно в 2040–2050-х годах.

Вот почему большинство ученых и растущее число бизнес-лидеров и инвесторов призывают к ясной цели, что эмиссия должна быть уменьшена до нуля, прежде чем потепление достигнет 2 ºC. В мае 2015 года Международная торговая палата и генеральные директора со всего мира призвали к выполнению задачи нулевой эмиссии. В Париже ведущие инвесторы и Управляющий Банка Англии Марк Карни вместе с генеральным директором компании «Блумберг» Майклом Блумбергом также подтвердили необходимость достижения нулевой эмиссии, ссылаясь на системные риски для финансовой системы от изменения климата. Это ‑ цель, которая посылает однозначный сигнал, что выбросы CO2 от промышленной деятельности должны быть сокращены или прекращены и что будущее зависит от технологий нулевой эмиссии и компаний по их разработке.

Хотя цель нулевой эмиссии не обсуждалась переговорщиками в Париже, она должна быть подтверждена в индивидуальных планах стран, закреплена в решениях стран «двадцадки» и, в конце концов, зафиксирована в соглашении ООН. У планеты есть два пути – или нулевые выбросы, или крах.