9

Сорвать маски с тех, кто отрицает изменение климата

СТЭНФОРД – Прошло двадцать пять лет с тех пор, как 9 мая 1992 года была принята Рамочная конвенция ООН об изменении климата, а мир пока ещё только собирается реализовать соглашение, ставшее эффективным ответом на глобальное потепление. И теперь, когда президент США Дональд Трамп объявил о выходе США из Парижского климатического соглашения, настало время глубже расследовать вопрос о том, какие именно силы стоят за этим промедлением.

На протяжении 1990-х годов Американский институт нефти (API), крупнейшая ассоциация и лоббистская группа нефтегазовой отрасли в США, неоднократно использовала экономические модели двух экономистов – Пола Бернстайна и Дэвида Монтгомери – в качестве доказательства того, что климатическая политика является якобы убийственно дорогой. Благодаря своим лоббистским усилиям, API добился задержки принятия решений в сфере изменения климата, ссылаясь на расчёты Бернстайна и Монтгомери, в соответствии с которыми потери рабочих мест и экономические издержки перевесят любые экологические выгоды таких решений.

Данные аргументы были использованы в 1991 году, чтобы торпедировать идею введения контроля над выбросами углекислого газа; в 1993 году – против предложенного администрацией Клинтона налога на термическую единицу BTU (этим энергетическим сбором предполагалось обложить источники энергии, исходя из количества теплоты и содержания углерода); в 1996 году – против целей, провозглашённых на Конференции сторон Рамочной конвенции ООН в Женеве (COP2); в 1997 году – против целей Конференции сторон Рамочной конвенции ООН в Киото (COP3); и, наконец, в 1998 году – против реализации Киотского протокола. Лоббистский план API постоянно повторялся. И он успешно срабатывал.

Нефтегазовая отрасль представляет доклады, которые она же заказывает у Бернстайна (ранее он работал в Hawaiian Electric Company) и Монтгомери (бывший заместитель помощника секретаря по политическим вопросам в министерстве энергетики США), как независимые труды, основанные на фактах и являющиеся продуктом подлинной экономической дискуссии. Например, накануне встречи в японском Киото в 1997 году нефтяная компания Mobil разметила в газетах The Wall Street Journal и The New York Times рекламу, в которой утверждалось, что «издержки от ограничения выбросов будут варьироваться в пределах от $200 до $580 за тонну углерода», как следует из «исследования, только что опубликованного Charles River Associates». Компания Mobil не назвала тех, кто написал доклад Charles River Associates (два первых автора в списке – Бернстайн и Монтгомери) и кто его профинансировал (это был API).

Сообщение Mobil вводило в заблуждение, но действительно ли анализ, авторами которого являлись Бернстайн и Монтгомери, был ошибочным? Смотрите сами: они проигнорировали отрицательные издержки, создаваемые изменением климата, а также предположили, что чистая энергетика никогда не станет конкурентоспособной по ценам с ископаемым топливом, а это просто не правда. Они подогнали расчёты под нужный результат.

Нефтегазовая отрасль получила щедрое вознаграждение за своё злоупотребление общественным доверием. Когда американцы избрали президентом Джорджа Буша-младшего, тот купился на доводы отрасли и объявил о выходе США из Киотского протокола.

Шестнадцать лет спустя Трамп, стоя в Розовом саду Белого дома, объявил, причём с теми же софистическими ухищрениями, что Парижское климатическое соглашение разрушит экономику США и приведёт к потере примерно 2,7 млн рабочих мест к 2025 году, в основном в строительной отрасли. Данные расчёты, заявил Трамп в июне, были сделаны Национальной ассоциацией экономических исследований.

Если вам вдруг интересно, первыми двумя авторами доклада, который процитировал Трамп и который был опубликован в марте этого года, были Бернстайн и Монтгомери. На этот раз их нанял Американский совет по формированию капитала, вашингтонский аналитический центр, а также лоббистская группа, имеющая репутацию заказчика крайне некорректных докладов, использовавшихся для оспаривания климатической политики.

В 1990-е годы нефтегазовая индустрия и её союзники достигли совершенства в искусстве блокирования поддержки Америкой ключевых глобальных инициатив в сфере изменения климата. Маэстро, как видим, снова вышли на сцену, и их репертуар не изменился. Да, и вряд ли им это было нужно.

Помимо заказа исследований, утверждающих, что климатическая политика навредит экономике США, нефтегазовая отрасль упорно отстаивает ещё три тезиса: усилия по борьбе с глобальным потеплением особенно вредны именно США, они не помогут снизить риски, зато могут помешать снижению уровня бедности. Эти три дополнительных аргумента прозвучали и в заявлении Трампа по поводу Парижского соглашения.

Если черепаха сидит на столбе, вы понимаете, что сама она не могла туда забраться. Новое явление всё тех же четырёх аргументов, придуманных ещё четверть века назад отраслью, которой выгодно откладывать климатические решения, тех самых аргументов, которые были использованы с большим успехом исключительно потому, что их происхождение и подлинные цели были скрыты от общества, очень сильно напоминают четыре черепашьи ноги, болтающиеся в воздухе.

Если история повторяется, мы можем ожидать в ближайшие месяцы следующего: проспонсированные нефтегазовой отраслью экономические «исследования», яркий онлайн-контент, доклады аналитических центров, идеальные группы активистов, притворяющиеся самодеятельными организациями. Это проверенные временем компоненты стратегии, которую индустрия ископаемого топлива и другие отрасли используют для блокирования, обструкции и контроля над климатической политикой.

Мы не должны позволить этой отрасли и дальше мешать проведению климатической политики. Это означает, что надо отслеживать деньги, за счёт которых финансируется псевдонаука, способствующая откладыванию решений, а также выводить на чистую воду учёных-коллаборационистов, которые разыгрывают перед обществом фальшивое шоу дискуссий.

Те же самые аргументы (и люди), которые использовались индустрией ископаемого топлива для блокирования климатической политики десятилетия назад, вернулись. Ради человечества мы не должны позволит им снова одержать верх.