Jeff Flake Win McNamee/Getty Images

Совесть консерватора?

КЕМБРИДЖ – В своей недавней речи, привлёкшей так много внимания в США и за рубежом, американский сенатор Джефф Флэйк, республиканец из Аризоны, объявил, что не пойдёт на перевыборы. Однако чтобы согласиться с аргументами, которыми Флэйк оправдывал своё решение, надо поверить, что высшая обязанность сенатора США такова – сказать властям правду в лицо, осудить президента за «безрассудное, возмутительное и недостойное поведение», которое «подрывает нашу демократию», а затем уйти.

The Year Ahead 2018

The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

Order now

Многие ведущие СМИ, по всей видимости, именно так и считают: они расточают похвалы страстным сетованиям Флэйка. По мнению политического аналитика CNN, «это была самая важная политическая речь 2017 года и одна из самых мощных политических речей современности в Сенате». Газеты TheNew York Times и The Washington Post сообщили об этой речи на видном месте на первой странице.

Но если мы поверим словам Флэйка, что он действует из принципа, мы обязаны задаться вопросом: какого принципа? Если Флэйк прав, утверждая, что сама демократия окажется в опасности,  если мы все не встанем и не «выскажемся», тогда что хорошего в том, что сам он решил бросить полотенце на ринг?

Свою речь Флэйк начал с утверждения, что слова и действия президента Дональда Трампа постоянно выходят за рамки приличий, что он позорит должность президента. Но грубое поведение Трампа не является новостью ни для кого, кто на это обращает внимание. Затем Флэйк объявил, что он «больше не будет пособником или молчаливым соглашателем». Мы, конечно, можем ему за это поаплодировать, но затем мы должны спросить, а почему он так долго тянул с этим заявлением. У всех американцев есть право (более того, обязанность) говорить об угрозах своей стране.

Однако сенатор – это не просто рядовой гражданин. Флэйк является одним из ста членов высшего законодательного органа Америки. У него, как и у его коллег-сенаторов, есть возможность голосовать за или против предложений президента. Он может составлять законопроекты и помогать формированию такого законодательства, которое, по его мнению, отвечает общественным интересам. Если же в какой-то момент Палата представителей США объявит Трампу импичмент, он станет одним из ста судей, которые вынесут решение по столь судьбоносному делу.

Вполне понятно, что сенатор, считающий действующего президента серьёзной угрозой Республике, может начать бить тревогу. Но одновременное объявление этого сенатора о своём уходе не имеет никакого смысла, особенно если учесть его уникальную возможность действовать, а не только говорить. Мрачные предупреждения Флэйка означают, что ему надо оставаться, а не убегать прочь.

Разумеется, незаявленная причина решения Флэйка, выбравшего бегство, а не битву, скрыта у всех на виду. По данным опросов, его ждут большие проблемы с переизбранием в 2018 году. А поскольку он стал мишенью сначала для Трампа, а затем для бывшего директора по стратегии в Белом доме, а сейчас исполнительного председателя сайта Breitbart News Стива Беннона, Флэйк, возможно, не сумеет одолеть даже республиканского соперника на праймериз.

Конечно, никто не обязан подвергать себя тяжёлым испытаниям политических выборов. И никого нельзя винить за нежелание быть участником отравленной политической жизни сегодняшнего Вашингтона. Как гражданин я благодарю Флэйка за его работу в Конгрессе. Но если он хочет, чтобы мы поверили в то, что его речь и решение об отставке – это и есть служение стране, причём основанное на принципе, тогда ему нужно объяснить, в чём заключается этот принцип.

В соответствии с категорическим императивом Иммануила Канта, принципиальное действие – это такое действие, которое (в случае если все остальные его повторят) создаст мир, в котором мы все хотели бы жить. Хочет ли Флэйк жить в мире, где все законодатели, несогласные с Трампом, уже поднялись, резко высказались, а затем покинули свой пост?

Не вполне понятно, призывает ли Флэйк к бойкоту политических выборов, или же он просто предупреждает других не участвовать в выборах, которые они не в состоянии выиграть. В любом случае кто-то придёт на замену Флэйку в Сенате. Стоит задаться вопросом: а думает ли Флэйк, что его преемник будет лучше, чем он сам, выполнять критически важные обязанности служения обществу.

В своей книге 2017 года «Совесть консерватора» Флэйк решительно утверждает, что «мы настолько отдалились от наших принципов, что уже не знаем, что это за принципы». Надо ли теперь понимать эту фразу, как невольное признание в том, что он сам потерял свои моральные ориентиры?

В своей речи Флэйк назвал республиканского президента Теодора Рузвельта моделью «совести и принципов», которая его вдохновляет. Но те, кто читал Рузвельта, знают, что он бы не уклонился от нынешней битвы. «Важен не критик, – говорил Рузвельт в своей речи «Гражданство в Республике», произнесённой в парижской Сорбонне в апреле 1910 года. – Важен человек на арене, который не щадит себя ради достойного дела, и который в худшем случае, в случае проигрыша, проиграет, по крайней мере, проявив огромную отвагу, поэтому он никогда не окажется вместе с теми холодными и робкими душами, которые не знают ни побед, ни поражений».

Вот это и есть принцип, на который должны опираться США – и любая другая республика.

http://prosyn.org/3GCs6u4/ru;
  1. Chris J Ratcliffe/Getty Images

    The Brexit Surrender

    European Union leaders meeting in Brussels have given the go-ahead to talks with Britain on post-Brexit trade relations. But, as European Council President Donald Tusk has said, the most difficult challenge – forging a workable deal that secures broad political support on both sides – still lies ahead.

  2. The Great US Tax Debate

    ROBERT J. BARRO vs. JASON FURMAN & LAWRENCE H. SUMMERS on the impact of the GOP tax  overhaul.


    • Congressional Republicans are finalizing a tax-reform package that will reshape the business environment by lowering the corporate-tax rate and overhauling deductions. 

    • But will the plan's far-reaching changes provide the boost to investment and growth that its backers promise?


    ROBERT J. BARRO | How US Corporate Tax Reform Will Boost Growth

    JASON FURMAN & LAWRENCE H. SUMMERS | Robert Barro's Tax Reform Advocacy: A Response

  3. Murdoch's Last Stand?

    Rupert Murdoch’s sale of 21st Century Fox’s entertainment assets to Disney for $66 billion may mark the end of the media mogul’s career, which will long be remembered for its corrosive effect on democratic discourse on both sides of the Atlantic. 

    From enabling the rise of Donald Trump to hacking the telephone of a murdered British schoolgirl, Murdoch’s media empire has staked its success on stoking populist rage.

  4. Bank of England Leon Neal/Getty Images

    The Dangerous Delusion of Price Stability

    Since the hyperinflation of the 1970s, which central banks were right to combat by whatever means necessary, maintaining positive but low inflation has become a monetary-policy obsession. But, because the world economy has changed dramatically since then, central bankers have started to miss the monetary-policy forest for the trees.

  5. Harvard’s Jeffrey Frankel Measures the GOP’s Tax Plan

    Jeffrey Frankel, a professor at Harvard University’s Kennedy School of Government and a former member of President Bill Clinton’s Council of Economic Advisers, outlines the five criteria he uses to judge the efficacy of tax reform efforts. And in his view, the US Republicans’ most recent offering fails miserably.

  6. A box containing viles of human embryonic Stem Cell cultures Sandy Huffaker/Getty Images

    The Holy Grail of Genetic Engineering

    CRISPR-Cas – a gene-editing technique that is far more precise and efficient than any that has come before it – is poised to change the world. But ensuring that those changes are positive – helping to fight tumors and mosquito-borne illnesses, for example – will require scientists to apply the utmost caution.

  7. The Year Ahead 2018

    The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

    Order now