Jerusalem Ahmad Gharabli/Getty Images

Логика Трампа в Иерусалиме и её последствия

НЬЮ-ЙОРК – Прошло 50 лет после Шестидневной войны. Этим конфликтом, разразившимся в июне 1967 года, в той же степени, как и многими другими событиями, до сих пор объясняется тупик в израильско-палестинских отношениях. После завершения боевых действий Израиль контролировал западный берег реки Иордан, сектор Газа, Иерусалим, а также Синайский полуостров и Голанские высоты.

The Year Ahead 2018

The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

Order now

Мир тогда оценил эти военные успехи как временные. Спустя примерно пять месяцев после окончания войны была принята резолюция Совета Безопасности ООН №242, на базе которой впоследствии было выработано дипломатическое решение проблемы палестинцев, лишённых государства. Однако, как это часто бывает, то, что начиналось как нечто временное, оказалось долговечным.

Таков контекст, в котором президент Дональд Трамп недавно объявил о признании Соединёнными Штатами города Иерусалима в качестве столицы Израиля. По словам Трампа, это решение не означает, что США заняли некую позицию в вопросе об окончательном статусе Иерусалима, в том числе по поводу «конкретных границ израильского суверенитета» в этом городе. Он также заявил о поддержке Соединёнными Штатами урегулирования на основе «принципа двух государств», при условии, что с ним будут согласны обе стороны. И он решил не начинать реальный перенос посольства США из Тель-Авива, хотя для этого ему было достаточно просто переименовать американское консульство, которое уже существует в Иерусалиме.

Попытка изменить американскую политику с аргументами, что в ней на самом деле мало что изменилось, не многим показалась убедительной. Большинство израильтян были очень довольны новой американской позицией, а большинство жителей арабских стран (и не только) были разгневаны.

Почему Трамп выбрал нынешний момент для этого жеста – вопрос конъюнктуры. Президент говорит, что речь идёт просто о признании реальности: его предшественники оказались не способны на это, поэтому их политика не приносила никаких дипломатических плодов. Это верно, но причины дипломатических неудач на протяжении нескольких десятилетий никак не связаны с американской политикой в отношении Иерусалима, зато они очень связаны с разногласиями между израильтянами и палестинцами и несовпадением позиций двух сторон.

Некоторые эксперты видят причины американского заявления во внутриполитической ситуации в США. Это мнение подтверждается тем фактом, что в обмен на своё одностороннее заявление США не потребовали ничего от Израиля (например, ограничить строительство новых поселений) и ничего не предложили палестинцам (например, поддержать их претензии на Иерусалим). Хотя данное решение и привело к некоторому всплеску насилия, оно выглядит, скорее, как упущенный шанс, а не повод для кризиса.

Почему оно является не просто спорным, но и потенциально контрпродуктивным? Дело в том, что администрация Трампа потратила значительную часть своего первого года у власти на составление плана урегулирования израильско-палестинского конфликта. Но сделанное ею заявление может серьёзно ухудшить и так уже ограниченные перспективы данного плана.

По всей видимости, администрация Трампа рассчитывает предоставить другим странам, в первую очередь Саудовской Аравии, главную роль в процессе мирного урегулирования. Этот подход опирается на идею, что правительства Саудовской Аравии и других арабских стран сейчас больше озабочены предполагаемой угрозой со стороны Ирана, чем проблемами с Израилем. В результате, делается вывод, что они готовы забыть о своей давней враждебности к Израилю – стране, которая в целом разделяет их мнение об Иране.

Прогресс в израильско-палестинском вопросе позволил бы создать такие политические условия в арабском мире, при которых эти страны именно так бы и поступили. Администрация Трампа надеется, что Саудовская Аравия может использовать свои финансовые ресурсы, чтобы убедить палестинцев согласиться на заключение мира с Израилем на приемлемых для Израиля условиях.

Проблема в том, что единственный план, на который может согласиться нынешнее израильское правительство, даст палестинцам намного меньше, чем они исторически требовали. В этом случае палестинские лидеры вполне могут решить, что им безопаснее сказать «нет», чем подписаться под планом, который гарантированно разочарует значительную часть палестинского народа, толкая людей в руки «Хамас» и других радикальных группировок.

Саудовская Аравия также может не захотеть связываться с планом, который многие назовут предательством. Для нового саудовского руководства во главе с наследным принцем Мухаммедом ибн Салманом главным приоритетом является консолидация власти. Принц занимается этим, объявив войну с коррупцией в королевстве и проводя националистическую, антииранскую внешнюю политику.

Однако ситуация развивается не в полном соответствии с этими тактическими планами. Антикоррупционная кампания пользуется сейчас популярностью, но эта популярность может угаснуть из-за избирательного преследования нарушителей (это означает, что речь идёт скорее о власти, чем о реформах), а также из-за сообщений об образе жизни самого наследного принца. Между тем, антииранская политика оказалась неотделима от ставшей непопулярной войны в Йемене и дипломатических конфузов в Ливане и Катаре. В то же время амбициозные планы по реформированию страны оказалось проще составлять, чем осуществлять; они, несомненно, приведут к отчуждению более консервативных элементов.

Для Трампа и его зятя Джареда Кушнера, который руководит политикой США на данном направлении, проблема в том, что Саудовская Аравия, скорее всего, окажется дипломатическим партнёром в гораздо меньшей степени, чем рассчитывают в Белом доме. Если новый наследный принц начнёт беспокоиться по поводу своего внутриполитического положения, он не захочет встать плечом к плечу с американским президентом, который воспринимается как слишком близкий союзник Израиля – страны, не готовой удовлетворить даже минимальных требований государственности со стороны палестинцев.

Всё это возвращает нас к Иерусалиму. Трамп утверждает, что признание этого города столицей Израиля стало «шагом, который давно пора было сделать, чтобы помочь мирному процессу и выработке долгосрочного соглашения». Но становится всё очевидней, что решение Трампа будет иметь совершенно противоположный эффект.

http://prosyn.org/AywG7mi/ru;

Handpicked to read next