19

Трамп и космополиты

НЬЮ-ЙОРК – Администрация Президента Дональда Трампа объявила, что хочет наполовину сократить легальную иммиграцию в Соединенные Штаты и оказать поддержку хорошо образованным иммигрантам, говорящим на хорошем английском языке. Когда корреспондент CNN по имени Джим Акоста, сын кубинского иммигранта, бросил вызов старшему политическому советнику Трампа Стивену Миллеру, заявив, что США традиционно приветствовало бедных мира, большинство из которых не владеет никаким английским, Миллер обвинил Акосту в “космополитическом уклоне”.

Акоста спросил, будет ли новая политика означать, что въезд в страну будет разрешен только людям из Великобритании или Австралии. Возможно, это прозвучало немного провокационно. Но подтекстом недовольства Миллера было то, что “уклон” Акосты был своего рода расизмом. Будучи представителем администрации, которая по крайней мере, периодически, потворствует белым расистам, это было удивительно, если не сказать больше.

Спрашивается, имел ли Миллер представление об историческом использовании термина “космополитический” в качестве уничижительного термина. Как потомок бедных евреев, бежавших из Белоруссии более века назад, он должен был бы это знать.

“Безродный космополит” – была закодированная фраза, которую использовал Иосиф Сталин по отношению к евреям. В первые годы, после окончания Второй мировой войны, советский диктатор запустил кампанию против еврейских интеллектуалов, ученых и писателей, которых обвинили в нелояльности к Советскому Союзу и предвзятости к Западу. Не считаясь частью коренного русского народа, евреи считались принадлежащими к международному заговору и, следовательно, были по своей природе предателями.

Но эта идея не принадлежит Сталину. В 1930-е годы, фашисты и нацисты также обвиняли евреев, а также марксистов и масонов, как “космополитов” или “интернационалистов” – людей, чья лояльность вызывала подозрение. Это своего рода словарь, который берет начало из нативистских движений, которые враждебно настроены по отношению к этническим или религиозным меньшинствам, или финансовым или интеллектуальным элитам, которые якобы устраивают заговоры с целью подорвать авторитет истинных сыновей и дочерей нации.

Довоенные фашисты, зачастую воспринимали США как символ космополитического декаданса. В таком случае, оскорбительное применение “космополитизма” имеет глубокое антиамериканское происхождение.

Одна из странностей администрации Трампа заключается в том, что некоторые из ее основных представителей возродили традиционную антисемитскую риторику, при том, что некоторые из них, как Миллер, сами являются евреями. Главный идеолог этнического национализма в Trumpian Age, Стив Бэннон, является реакционным католиком. У него есть склонность к французским и итальянским фашистским мыслителям начала двадцатого века, таким как Чарльз Моррас (из ультраправой партии Action Française) и Джулиус Эвола, зловещая фигура, который восхищался Генрихом Гиммлером и работал на немецкую полицию во время Второй мировой войны.

Но рассматривать анти-космополитизм, прежде всего, как католическую патологию было бы ошибкой. Первое оскорбительное использование космополитизма явилось частью протестантского восстания против католической церкви. Во время Реформации, Рим рассматривался протестантскими повстанцами, как центр глобальной “космополитической” сети, которая притесняла национальные чаяния. Следы этих предрассудков все еще можно встретить у некоторых противников Европейского Союза, которые видят в Брюссельской штаб-квартире ЕС новый Рим.

Маловероятно, что Миллер, выросший в либеральной семье в Калифорнии, является антисемитом. Возможно, его раннее влечение к правому экстремизму, также было формой мятежа, пусть и мятежа, который вскоре привел его в компанию токсичных союзников. Будучи студентом Университета Дьюка, он подружился с Ричардом Спенсером, который позже станет промоутером “мирных этнических чисток”, чтобы сохранить белую цивилизацию, какой бы она ни была.

Единственное, что объединяет многих последователей Трампа, а также правых популистов из других стран, включая Израиль, – это общие претензии к мусульманам и либеральным городским элитам, которые часто обвиняются в их покровительстве. Когда Миллер говорит о космополитическом уклоне, вероятно, он это имеет в виду.

Но недоверие к мусульманам – это лишь часть истории. Социальные элиты, либеральные интеллектуалы и критически настроенные журналисты являются врагами тех, кто жаждет власти, но чувствуют, что на них смотрят люди, которые представляются более искушенными. Это не всегда вопрос социального класса. Например, президент Джордж У. Буш презирал американских журналистов говорящих на французском языке.

Это также не новое явление. Высшие классы во многих обществах, часто предпочитают отделить себя от общей массы, принимая язык и нравы иностранцев, чьи культуры считались выше. Европейские аристократы в восемнадцатом веке говорили по-французски. Современный английский национализм начался как восстание против такого рода щегольства, во имя Джона Булла, ростбифа и Старой Англии.

Не все популистские восстания по своей природе являются расистскими или фашистскими. Демократия тоже стала результатом сопротивления аристократическому правлению. Но трудно поверить, что Трамп или его идеологи, такие как Миллер или Бэннон, заинтересованы в расширении демократических прав, несмотря на то, что они делают вид, что выступают за простых – или, как они говорят – “настоящих” людей. Например, Бэннон гордится тем, что является антилибералом. Говорят, что он называет себя Ленинцем, который стремится уничтожить государство.

Но давайте дадим Миллеру возможность оправдаться. Когда он использует космополитизм как проклятие, он понятия не имеет об антецедентах этого термина. История фашистского, нацистского и сталинского антисемитизма ему неизвестна. Фактически для него прошлого не существует. Он просто невежественный критик того, что он считает либеральным истеблишментом. Но невежество может быть столь же опасным, как и злой умысел, особенно когда он поддерживается великой державой.