21

Европа: игра от обороны

ЛОНДОН – Самыми страшными периодами в истории часто были междуцарствия – моменты между смертью одного царя и восхождением на престол следующего. Беспорядки, войны и даже болезни могут просочиться в вакуум, когда, как сказал Антонио Грамши в своих «Тюремных тетрадях», «старое умирает, а новое не может родиться». Дезорганизация и хаос 2016 года, конечно же, не могут сравниться с беспокойством межвоенного периода, когда Грамши писал это, но они, безусловно, являются симптомами нового междуцарствия.

После окончания холодной войны мир удерживался системой безопасности, которой заправляли американцы, в сочетании с правопорядком по европейскому образцу. Ныне, однако, ветшает и то, и другое, а кандидатов на замену пока не видно. В самом деле, в отличие от 1989 года, это не кризис одного из типов системы. Столь разные страны, как Бразилия, Китай, Россия и Турция, оказываются под повышенным политическим и экономическим давлением.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Даже если кошмара в лице президентства Дональда Трампа удастся избежать, что кажется все более вероятным, все равно Соединенные Штаты больше не смогут быть мировым жандармом. Такие державы, как Россия, Иран и Китай, испытывают реакцию США в Украине, Сирии и Южно-Китайском море. А союзники США, такие как Турция, Саудовская Аравия, Польша и Япония, формируют независимую и уверенную внешнюю политику, чтобы компенсировать то, что США ранее брали на себя, а ныне не могут и не будут этого делать.

В то же время, снижение сплоченности Европейского союза подрывает его моральный авторитет на мировой арене. Многие из глобальных институтов, отражающих европейские ценности и нормы – от Всемирной торговой организации и Международного уголовного суда до Рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата – находятся в тупике.

На региональном уровне рвутся три нити европейского порядка: США стремятся сократить вложения в НАТО, ЕС все меньше вспоминает о расширении, а хаос на Ближнем Востоке и в Украине превращают Европейскую политику соседства в посмешище. Подъем – и сближение – нелиберальных сил в России и Турции означает, что ЕС больше не является единственным полюсом притяжения в регионе.

Хуже того, интеграция ЕС пошла вспять, государства-члены стремятся оградить себя от внешн��го мира, а не пытаются экспортировать свои общие ценности. В результате самые большие угрозы для свободной торговли и открытого общества проистекают из внутренних источников, а не от внешних врагов. Даже в Германии, которая, казалось, давно имеет иммунитет к таким тенденциям, министр внутренних дел говорит о запрете бурки (политика, которая затронула бы 300 человек), а вице-канцлер объявил о смерти Трансатлантического партнерства по торговле и инвестициям (TTIP) между ЕС и США, даже не дожидаясь, пока «покойник остынет».

ЕС в последние несколько десятилетий доказал, что он может быть двигателем глобализации – снося барьеры между народами и странами. Но сегодня его выживание зависит от того, продемонстрирует ли он, что может защитить своих граждан от тех самых сил, которым содействовал.

Сохранение четырех свобод, лежащих в основе европейского проекта – свободного передвижения людей, товаров, капиталов и услуг в пределах Европы – будет возможно только в том случае, если у правительств стран ЕС будет надежная политика для защиты наиболее уязвимых слоев населения в своих обществах. Это будет означать улучшение охраны внешних границ ЕС, компенсации для тех, кто проиграл из-за миграции и свободной торговли, а также успокоение страхов общества по поводу терроризма.

Опасность заключается в том, что большая часть положений, на которых ЕС справедливо настаивал в хорошие времена, сейчас, в нынешнее междуцарствие, может ускорить его распад. Например, при такой неопределенности в отношении будущего состояния Европы и мира, обсуждение расширения или TTIP кажется бессмысленным – или еще хуже, потому что даже сам факт такого обсуждения будет, несомненно, на руку евроскептикам.

ЕС должен отделить основные приоритеты от второстепенных. По таким вопросам, как отношения ЕС с Россией и Турцией (и отношения этих двух стран друг с другом), государства-члены должны согласовать политику, учитывающую интересы всех. Но гораздо большую гибкость рекомендуется проявить в других областях, таких как обязательства по перераспределению беженцев и правила еврозоны, где чрезмерная жесткость может привести европейское единство к конфликту и развалу.

В дополнение к предотвращению союза между Россией и Анкарой, ЕС должен пересмотреть свои цели в ближайшем окружении. Хотя балканские страны, не входящие в ЕС, останутся в таком состоянии много лет, они уже находятся в европейском пространстве безопасности, и европейцы должны быть готовы к военному вмешательству, если вспышки насилия повторятся. Кроме того, лидеры ЕС должны стремиться к миру в более широком смысле, чем отсутствие войны, в том числе к политической и социальной стабильности, а также предотвращению радикализации в Боснии и Косово.

Для Грузии, Украины и Молдовы цель должна заключаться в содействии стабильным и предсказуемым правительствам. В течение следующих нескольких лет ЕС должен рассматривать их как независимые буферные государства, а не будущие государства-члены. Особенно важно не устанавливать границы, которые ЕС не готов защищать.

На нестабильном Ближнем Востоке ЕС не может надеяться сыграть главную роль. Однако страны ЕС не могут защитить свое население от нестабильности, если будут лишь зрителями. В частности, в Сирии и Ливии ЕС должен действовать более согласованно с державами региона, – а также с США и Россией, – чтобы содействовать политическим процессам, которые могли бы помочь снизить уровень насилия, обеспечить гуманитарную помощь, а также сократить поток беженцев.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Одна из главных проблем ЕС заключается в том, чтобы определить, в чем заключается успех в эпоху обороны. Во время бурного расширения цель состояла в том, чтобы углубить интеграцию и распространить свое влияние по всей Европе. Теперь, однако, успех означает предотвращение выхода стран из ЕС или выхолащивания его институтов.

История развивается циклично. Междуцарствие в конце концов закончится, и родится новый порядок. Несомненно, устанавливать правила этого нового порядка будут наследники порядка старого, пережившие его. Цель ЕС, достижение которой требует гибкости и смелости, должна заключаться в том, чтобы остаться жизнеспособным проектом – и, таким образом, одним из авторов нового мироустройства.