8

Угроза для глобальных банковских стандартов

ЛОНДОН – Финансовый кризис 2008 года стал мощным стимулом для регуляторов, определяющих глобальные стандарты. Базельский комитет, который устанавливает стандарты международного банковского надзора, внезапно стал лидером финансовых новостей. Деловые обеды на Манхэттене и в Кенсингтоне посвящались обсуждению тонкостей стандарта «Базель II» и недостатков проциклических требований к капиталу. Правительства, ранее с подозрением относившиеся к международному вмешательству, стали требовать ужесточения глобальных правил, с тем чтобы не допустить распространения банковских кризисов через границы и инфицирования других стран, будто это эпидемия азиатского гриппа.

Конкретным следствием подобного энтузиазма стало создание Совета по финансовой стабильности, рождённого из пепла Форума финансовой стабильности на лондонском саммите «Большой двадцатки» (G20) в апреле 2009 года. Кроме того, представители всех стран G20 вошли в состав ключевых глобальных регуляторов, в том числе в Базеле. На смену господству стран «Большой семёрки» пришли надежды, что расширение международного участия повысит заинтересованность в глобальных стандартах и обеспечит политическую поддержку идеям увеличения капитала в банковской системе.

Все эти нововведения себя оправдывали – до определённого момента. К примеру, правила «Базель III» более чем удвоили размер капитала, которым должен обладать каждый банк, а также повысили требования к качеству этого капитала. В результате, система стала выглядеть немного более безопасной. Однако сейчас появляются тревожные признаки того, что стремление к укреплению глобальных стандартов (более того, любых единых стандартов) ослабевает.

Многие предсказывали эту тенденцию, но неверно называли её причину. Скептики предупреждали, что двадцати с лишним странам будет намного сложнее достичь согласия, чем дюжине стран-членов докризисного Базельского комитета (это были в основном европейские страны, остальной мир представляли только США, Канада и Япония). Но на практике данная проблема оказалась не существенной. Правила «Базель III» были согласованы намного быстрее, чем правила «Базель II». Политическое давление со стороны министров финансов, осуществлявшееся через Совет по финансовой стабильности, оказалось весьма эффективным.