Protest against the arrest of two Catalan separatist leaders Anadolu Agency/Getty Images

Атака на Европу изнутри

БЕРЛИН – Похоже, что в Европе, наконец-то, завершился многолетний экономический кризис, но континент по-прежнему нестабилен. На каждый повод для оптимизма всегда находится новая причина для беспокойства.

The Year Ahead 2018

The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

Order now

В июне 2016 года минимальным большинством британские избиратели проголосовали за ностальгию по прошлому, по XIX веку, отвергнув любые перспективы, которые мог им открыть век XXI-й. Они решили прыгнуть со скалы во имя «суверенитета». Есть множество данных, свидетельствующих, что Великобританию ожидает жёсткое приземление. Циник мог бы указать на то, что смягчать этот удар будет правильно функционирующий «суверенитет».

В Испании правительство автономного региона Каталония сейчас тоже требует суверенитета. Однако нынешнее испанское правительство не преследует, не заключает в тюрьму, не пытает и не казнит народ Каталонии, как это когда-то делал диктаторский режим генералиссимуса Франсиско Франко. Испания является стабильной демократической страной, членом Евросоюза, еврозоны и НАТО. Уже несколько десятилетий страна придерживается принципов верховенства закона в соответствии с демократической конституцией, которая была согласована со всеми партиями и регионами, включая Каталонию.

Каталонское правительство провело 1 октября референдум о независимости, в котором участвовало менее половины (по некоторым оценкам, одна треть) населения региона. По стандартам ЕС и Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, данное голосование никогда не будет признано «свободным и честным». Данный референдум не просто был незаконным с точки зрения испанской конституции; отсутствовал реестр избирателей, позволяющий определить, кто имел право в нём участвовать.

«Альтернативный» референдум Каталонии спровоцировал острую реакцию правительства испанского премьер-министра Мариано Рахоя, которое вмешалось с целью закрыть избирательные участи и не дать людям возможности проголосовать. Это был акт политической глупости высшего порядка, потому что фотографии полицейских, колотящих дубинками безоружных каталонских протестующих, обеспечили сторонникам отделения ложную легитимность. Демократия не может победить в подобных конфликтах. В случае Испании такие суровые меры напоминают о гражданской войне 1936-1939 годов, а это до сих пор самая глубокая историческая травма страны.

Если бы Каталония реально стала независимой, ей бы пришлось искать пути движения вперёд без Испании или ЕС. Испания, действуя при поддержке многих стран ЕС, которые тревожатся по поводу собственных сепаратистских движений, стала бы блокировать любые попытки Каталонии вступить в ЕС или еврозону. А без членства в европейском общем рынке Каталонию ждёт мрачная перспектива быстрого превращения из мощного экономического центра в изолированную и бедную страну.

Однако независимость Каталонии создала бы фундаментальную проблему и для самой Европы. Начать с того, что никто не хочет повторения опыта развала Югославии по очевидным причинам. Но что ещё важнее, Евросоюз не может поощрять дезинтеграцию входящих в него стран, потому что эти страны представляют собой тот самый фундамент, на котором он основан.

ЕС – это ассоциация национальных государств, а не регионов. Хотя регионы могут играть важную роль внутри ЕС, они не могут становиться альтернативой государствам-членам союза. Если Каталония создаст прецедент отделения, подтолкнув другие регионы последовать своему примеру, ЕС погрузится в глубокий, экзистенциальный кризис. Более того, можно даже предположить, что само будущее ЕС – не больше, не меньше – стоит сейчас на кону в Каталонии.

Изначальной целью ЕС было преодоление недостатков национальных государств путём интеграции, а не дезинтеграции. Он должен был стать выше системы государств, которая привела к столь катастрофическим последствиям в первой половине XX века.

Взгляните на Северную Ирландию, которая стала идеальным примером того, как интеграция внутри ЕС помогает преодолевать национальные границы, наводить мосты над историческими разногласиями, а также обеспечивать мир и стабильность. Кстати, то же самое можно сказать и о Каталонии, которая в конечном итоге обязана почти всеми своими экономическими успехами вступлению Испании в ЕС в 1986 году.

Было бы исторически абсурдно для государства ЕС вступить в фазу распада и дезинтеграции в XXI веке. Уже один размер других глобальных игроков, в частности, Китая, Индии и США, делает крайне необходимым укрепление отношений внутри ЕС и углубление европейской интеграции.

Можно только надеяться, что разум возобладает, прежде всего, в Барселоне, но также и в Мадриде. Демократическая, неделимая Испания является слишком важна, чтобы ставить её под угрозу из-за споров по поводу распределения налоговых доходов между регионами страны. Для обеих сторон нет никакой иной альтернативы, кроме как выйти из окопов, которые они для себя выкопали, начать переговоры и найти взаимоприемлемое решение, соответствующее испанской конституции, демократическим принципам и принципу верховенства закона.

Опыт друзей и союзников Испании может оказаться здесь полезен. Германия, в отличие от Испании, организована как федерация. Однако даже в Германии ничто не является столь же трудным и тяжёлым, как бесконечные переговоры о бюджетных трансфертах между федеральным правительством и отдельными землями, то есть, по сути, между более богатыми и менее богатыми регионами. Однако, в конце концов, стороны всегда приходят к соглашению, и оно выполняется, пока не возникнет новый спор: в этот момент переговоры начинаются заново.

Да, конечно, деньги – это важно. Но это не так важно как общеевропейская приверженность свободе, демократии и верховенству закона. Процветание Европы зависит от мира и стабильности, а мир и стабильность в Европе зависит, прежде всего, от готовности европейцев бороться за эти ценности.

http://prosyn.org/EgQ0VhZ/ru;

Handpicked to read next

  1. An employee works at a chemical fiber weaving company VCG/Getty Images

    China in the Lead?

    For four decades, China has achieved unprecedented economic growth under a centralized, authoritarian political system, far outpacing growth in the Western liberal democracies. So, is Chinese President Xi Jinping right to double down on authoritarianism, and is the “China model” truly a viable rival to Western-style democratic capitalism?

  2. The assembly line at Ford Bill Pugliano/Getty Images

    Whither the Multilateral Trading System?

    The global economy today is dominated by three major players – China, the EU, and the US – with roughly equal trading volumes and limited incentive to fight for the rules-based global trading system. With cooperation unlikely, the world should prepare itself for the erosion of the World Trade Organization.

  3. Donald Trump Saul Loeb/Getty Images

    The Globalization of Our Discontent

    Globalization, which was supposed to benefit developed and developing countries alike, is now reviled almost everywhere, as the political backlash in Europe and the US has shown. The challenge is to minimize the risk that the backlash will intensify, and that starts by understanding – and avoiding – past mistakes.

  4. A general view of the Corn Market in the City of Manchester Christopher Furlong/Getty Images

    A Better British Story

    Despite all of the doom and gloom over the United Kingdom's impending withdrawal from the European Union, key manufacturing indicators are at their highest levels in four years, and the mood for investment may be improving. While parts of the UK are certainly weakening economically, others may finally be overcoming longstanding challenges.

  5. UK supermarket Waring Abbott/Getty Images

    The UK’s Multilateral Trade Future

    With Brexit looming, the UK has no choice but to redesign its future trading relationships. As a major producer of sophisticated components, its long-term trade strategy should focus on gaining deep and unfettered access to integrated cross-border supply chains – and that means adopting a multilateral approach.

  6. The Year Ahead 2018

    The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

    Order now