3

Светлое будущее Манчестера

МАНЧЕСТЕР – Я горжусь тем, что я манкунианец (так называют жителей Манчестера), хотя и перестал постоянно жить в этом городе с тех пор, как поступил в университет, когда мне было 18 лет. Я родился в госпитале Сент-Мэри, почти в центре города, вырос в приятном пригороде на юге Манчестера, посещал начальную школу в соседнем, более трудном районе, а моя средняя школа располагалась в районе Бернаж. Спустя 38 лет после меня в школу в Бернаже ходил, по всей видимости, и Салман Абеди, подозреваемый сейчас в совершении теракта в спортивно-концертном комплексе Manchester Arena.

Чудовищное преступление Абеди, ответственность за которое взяло на себя Исламское государство, вероятно, даже хуже кошмарных взрывов, устроенных Ирландской республиканской армией и разрушивших часть центра города 21 год назад (многие считают, что это событие сыграло ключевую роль в дальнейшем возрождении Манчестера). По крайней мере, тогда террористы сделали предупреждение за 90 минут до теракта, что помогло избежать человеческих жертв. Напротив, варварский поступок Абеди привёл к гибели, как минимум, 22 человек, многие из них – дети.

В последние годы я активно участвую в политической работе, связанной с экономическим возрождением этого великого города. Я был председателем группы экономических советников при Совете Большего Манчестера, а затем председателем Комиссии по вопросам экономического роста городов, которая выступила с идеей «Северного локомотива». Это программа, предполагающая соединение городов британского Севера в сплочённое экономическое целое. Затем я короткое время работал в правительстве Дэвида Кэмерона с целью помочь в реализации начальных этапов программы «Северный локомотив».

Я никогда не посещал концерты на Manchester Arena, но это явно хорошее место в городе. Как аэропорт Манчестера стал транспортным центром, обслуживающим всю зону «Северного локомотива», так и эта арена играет аналогичную роль с точки зрения досуга и развлечений. Как видно из трагических сообщений о пострадавших, зрители приехали сюда из самых разных районов северной Англии (и не только).

За последнюю пару лет Манчестер удостоился многих похвал за свои успехи в экономическом возрождении, в том числе за свою позицию в географическом центре региона «Северный локомотив», и я уверен, что они не прекратятся. Судя по уровню занятости и региональным индексам деловой активности, на протяжении большей части последних двух лет экономическая динамика на северо-западе Англии была более мощной, чем в стране в целом, в том числе в Лондоне. Произошло ли это благодаря программе «Северный локомотив», трудно судить. Но какими бы не были причины, это достижение невероятно позитивно и его важно сохранить.

Иногда я злюсь, что многие люди до сих пор не знают, что такое «Северный локомотив». По сути, это экономическая зона, которая включает Ливерпуль на западе, Шеффилд на востоке, Лидс на северо-востоке и Манчестер в центре. Расстояние от Манчестера до центра любого из этих городов не превышает 40 миль (64 км), что меньше длины некоторых линий лондонского метро, например, Центральной, Пикадилли или Дистрикт. Если 7-8 млн человек, которые живут в этих городах (и многочисленных городках и посёлках между ними), связать с помощью инфраструктуры, они смогут действовать как единое целое с точки зрения их экономической роли потребителей и производителей.

В дальнейшем «Северный локомотив» может стать настоящим структурным прорывом для британской экономики. Наряду с Лондоном, появилась бы ещё одна динамичная экономическая зона, имеющая глобальное значение. Именно это простое соображение привело к тому, что предыдущее правительство поставило мои идеи в центр своей экономической политики, и именно поэтому «Северный локомотив» стал так привлекателен для британского и зарубежного бизнеса.

Это проект с захватывающими перспективами, и хотя ему меньше трёх лет, он уже демонстрирует признаки прогресса. Более того, учитывая широкие экономические выгоды создания агломераций, мантра «Северного локомотива» может быть расширена на весь север Англии, включая Халл и регион Северо-Востока. Однако именно зона, которую я часто неэлегантно называю Маншеффлидспул, зона «Северного локомотива», в центре которой находится Манчестер, является первоочередным бенефициаром данного процесса.

Впрочем, несмотря на все эти достижения, я часто говорю местным политикам, предпринимателям, представителям мира благотворительности и всем остальным, что, если районы, находящиеся за пределами непосредственно центрального Манчестера, не получат выгод от позитивной динамики в регионе, тогда успех Большого Манчестера окажется далеко не полным. Любой, кто посмотрит чуть дальше, чем на милю, на север, юг, восток или запад от центральной площади Альберт-сквер в Манчестере (забудем о чуть более далёких районах Олдхэм и Рочдейл), он увидит, как много там нужно улучшить, в том числе в сфере образования, профессиональной подготовки и инклюзивности, для обеспечения долгосрочного успеха.

Какими бы ни были извращённые мотивы 22-летнего Абеди, взорвавшего себя вместе с невинными жертвами, его криминальный поступок не омрачит яркого, многообещающего будущего Манчестера. Я не претендую на понимание мира терроризма, но я понимаю, что тем, кто живёт в и рядом с Манчестером и другими городами, необходимо чувствовать себя частью общества, разделять с ним его интересы. Жители, которые идентифицируют себя с окружающим обществом, будут с меньшей вероятностью ему вредить – и с большей вероятностью активно помогать его обновлённому развитию.

Сейчас, как никогда раньше, Манчестеру нужна именно такая перспектива, которую даёт концепция «Северного локомотива». Это идея, которую другим городам и регионам, следовало бы копировать.