Polish flag

Возвращение авторитаризма в Восточную Европу

МАДРИД – Европейский союз является замечательным достижением современной государственности. Опираясь на общие ценности, он создал пространство мира, прогресса и свободы, которое позволило преодолеть национальные распри, укорененные в десятилетиях, если не столетиях, конфликтов. Однако, зарождающийся политический раскол между членами восточной и западной частей ЕС, наряду с возрождением национализма по всему континенту, ставит эти ценности – а значит и само будущее европейской интеграции – перед сложнейшим испытанием за всю историю их существования.

В Восточной Европе, демократия все дальше уходит от либеральных ценностей. Лидирует в этом направлении Венгрия под управлением премьер-министра Виктора Орбана, который осуществляет свое заявленное видение «нелиберального государства» на протяжении последних шести лет. Теперь их примеру последовала и Польша, где правая партия Ярослава Качиньского «Закон и Справедливость» (ЗиС) с момента своего избрания в октябре прошлого года стремительно добивается установления контроля над общественным вещанием, государственными службами и Конституционным судом. К данному моменту, ЕС направил по этому поводу официальный запрос на предмет возможных нарушений своих стандартов верховенства закона.

Этот шаг в сторону авторитаризма в Восточной Европе сопровождался демонстративным неповиновением квотам на мигрантов в масштабах всего ЕС, которые были направлены на облегчение серьезного кризиса с беженцами, с которым на данный момент столкнулась Европа. Между тем, в Германии только за прошлый год было зарегистрировано около одного миллиона лиц, ищущих убежища.

Этот раскол отражает фундаментальное расхождение в реакции двух сторон на историю. Германия в таких вопросах, как миграция и гражданские свободы, принимает решения, прямо противоположные ее действиям во время второй мировой войны. Хотя, как отмечает историк из Йеля Тимоти Снайдер, в «кровавых землях» между Берлином и Москвой хватало коллаборационистов, которые поддерживали преступления нацистов, этим обществам не хватает комплекса вины Германии.

Одной из причин этого является то, что восточные европейцы не разделяют наследия колониализма. Пасынок империи – миграция – должен быть проблемой тех, кто его породил: старых европейских колониальных держав. Страны Восточной Европы – незащищенные новички в хрупком экономическом прогрессе, который предлагает членство в ЕС – не считают, что они имеют какие-либо обязательства в данном отношении.

Однако Восточной Европе не просто не хватает воли, чтобы принять мигрантов; ее страны активно выступают против подобных действий, в соответствии с максимой Владислава Гомулко о том, что «страны строятся по национальному, а не многонациональному признаку». Эта позиция тоже берет свое начало, по крайней мере отчасти, из второй мировой войны, когда первый Холокост, а затем и послевоенные этнические чистки более 30 миллионов человек, в том числе практически всех немцев в регионе, усилили отвращение к мультиэтничности. Действительно, лишившись своих диктатур, многонациональные государства, такие как Чехословакия и Югославия, распались.

Subscribe to Project Syndicate
Bundle2022_YA2022_Web_Discount

Subscribe to Project Syndicate

Enjoy unlimited access to the ideas and opinions of the world’s leading thinkers, including weekly long reads, book reviews, topical collections, and interviews; The Year Ahead annual print magazine; the complete PS archive; and more – for less than $5 a month.

Subscribe Now

Исторические воспоминания живучи. Поляки и другие нации, попавшие под советскую власть после 1945 года, не могут простить Западной Европе принесения их в жертву Сталину в Ялте. Они не рассматривают свое освобождение от тоталитаризма как заслугу Западной Европы. Объект благодарности восточных европейцев расположен в другом месте. Венгерский еврей и нобелевский лауреат Кертес был голосом многих жителей региона, когда признавал свою неспособность стряхнуть эмоциональную привязанность к США за свое освобождение из Бухенвальда, а затем и за помощь в освобождении Венгрии от советского коммунизма.

В Восточной Европе, возрождение авторитаризма – который преобладал в регионе еще до коммунистической эпохи – приводится в движение укоренившимся страхом оказаться зажатыми между двумя традиционными врагами, Германией и Россией, на которых до сих пор смотрят с опасением. С точки зрения ЗиС и придерживающихся правых взглядов поляков, основы новой Польши лежат не в борьбе ненасильственных движений Солидарности за свободу в 1980-х годах; они лежат в героической борьбе поляков против азиатских большевиков и немецких полчищ в годы второй мировой войны. Как выразился министр иностранных дел Польши Витольд Ващжуковски, «Европа велосипедистов и вегетарианцев» с ее наивной культурой политкорректности и либерализма, представляет собой угрозу, а не модель.

Примечательно, что когда немецкий комиссар ЕС по Цифровой экономике и обществу Гюнтер Эттингер впервые пригрозил установлением наблюдения за правительством Польши в связи с захватом СМИ и Конституционного суда, министр юстиции Польши сравнил подобное наблюдение с нацистской оккупацией. И Качиньский демонстративно настаивал на сохранении этого курса, отмахиваясь от угроз, «особенно со стороны немцев».

Все это говорит о крутом повороте от того курса, который существовал на протяжении последних нескольких лет, в течение которых Польша была образцовым олицетворением расширения ЕС на восток. Если Польша возглавит ось своенравных государств-членов, способность ЕС к защите гражданских свобод в пределах своих границ, и тем более возможность влиять на другие страны, например Россию, серьезно уменьшится. И, учитывая отсутствие обязывающих документов, которые могли бы остановить движение государств-членов в направлении авторитаризма, избежать подобных последствий будет крайне непросто.

Европа является континентом с насыщенной историей, и ее преследует призрак ее повторения. Однако, если верить наблюдению, предположительно принадлежащему Марку Твену, о том, что «история не повторяется ‑ история рифмуется», Восточной Европе следует помнить о прошлом, но не становиться заложницей своих воспоминаний. Прошлое ‑ это предупреждение, а не пункт назначения.

https://prosyn.org/hO2zGSwru