Skip to main content

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated Cookie policy, Privacy policy and Terms & Conditions

pei54_Feng LiGetty Images_china ccp Fen Li/Getty Images

Надвигающийся кризис однопартийного режима в Китае

КЛЕРМОНТ – 1 октября в ознаменование 70-летия Народной республики председатель КНР Си Цзиньпин произнесёт речь, в которой будет безоговорочно восхваляться деятельность Коммунистической партии Китая, начиная с 1949 года. Но, несмотря на демонстрируемые Си Цзиньпином уверенность и оптимизм, рядовые члены КПК всё сильнее тревожатся по поводу будущих перспектив режима – и для этого есть весомые причины.

В 2012 году, когда Си взял в руки бразды правления в КПК, он пообещал, что Партия постарается добиться великих успехов к двум предстоящим столетним юбилеям – со дня основания КПК в 1921 году и Народной республики в 1949 году. Однако неуклонное замедление темпов роста экономики и повышение напряжённости в отношениях с США, скорее всего, подпортит КПК настроение во время празднований 2021 года. И не исключено, что однопартийный режим вообще не доживёт до 2049 года.

Технически у диктатур нет ограничений по срокам, но КПК приближается к рубежам длительности существования однопартийных режимов. Институционно-революционная партия удерживала власть в Мексике 71 год (1929-2000); Коммунистическая партия Советского Союза правила 74 года (1917-1991); тайваньский «Гоминьдан» продержался 73 года (с 1927 по 1949 годы на материке и с 1949 по 2000 годы на Тайване). Северокорейский режим (семейная династия сталинистов) правит уже 71 год и является единственным современным конкурентом Китая.

Впрочем, исторические тенденции не являются единственной причиной для тревог в КПК. Условия, которые позволили этому режиму восстановиться после маоистских катастроф самовредительства и процветать на протяжении последних четырёх десятилетий, в целом сменились менее благоприятной (а в некоторых отношениях более враждебной) средой.

Главной угрозой долгосрочному выживанию Партии стала разворачивающаяся холодная война с США. На протяжении почти всей эпохи после Мао руководство Китая держалось на международной арене незаметно, старательно избегая любых конфликтов и одновременно накапливая внутреннюю силу. Но к 2010 году Китай превратился в экономический локомотив, который стал проводить более решительную внешнюю политику. Это вызвало гнев Америки, которая постепенно начала переходить от политики взаимодействия к конфронтационным подходам, которые можно наблюдать сегодня.

Благодаря превосходству в военном потенциале, технологиях, экономической эффективности и количестве союзников (остающихся надёжными, даже несмотря на деструктивное руководство президента Дональда Трампа), у США намного больше шансов стать победителем в китайско-американской холодной войне, чем у Китая. И хотя американская победа может оказаться пирровой, она, почти несомненно, навсегда определит судьбу КПК.

Subscribe now
ps subscription image no tote bag no discount

Subscribe now

Subscribe today and get unlimited access to OnPoint, the Big Picture, the PS archive of more than 14,000 commentaries, and our annual magazine, for less than $2 a week.

SUBSCRIBE

Кроме того, КПК сталкивается с серьёзными экономическими проблемами. Так называемому китайскому чуду способствовала большая и молодая рабочая сила, быстрая урбанизация, масштабные инфраструктурные инвестиции, либерализация рынка и глобализация – роль всех этих факторов либо уменьшилась, либо вообще свелась к нулю.

Рост экономики могли бы поддержать радикальные реформы, в частности приватизация неэффективных госпредприятий и отказ от неомеркантилистских методов во внешней торговле. Но вопреки официальным заявлениям о дальнейших рыночных реформах, КПК сопротивляется их проведению, цепляясь вместо этого за политику, которая поощряет госпредприятия в ущерб частным предпринимателям. Госсектор образует экономический фундамент однопартийного правления, поэтому перспективы внезапной поддержки руководством КПК радикальных экономических реформ остаются призрачными.

Столь же тревожны и внутриполитические тенденции. При Си Цзиньпине КПК отказалась от прагматизма, идеологической гибкости и коллективного лидерства, которые так хорошо служили ей в прошлом. Из-за неомаоистского поворота в партии (включая строгое следование идеологии, суровую организационную дисциплину и авторитарное правление, опирающееся на страх) возрастают риски катастрофических политических ошибок.

Да, конечно, КПК не сдастся без боя. По мере ослабления её власти, партия, вероятно, будет пытаться разжигать националистические чувства у своих сторонников, одновременно усиливая репрессии против оппонентов.

Но эта стратегия не поможет спасти однопартийный режим Китая. В краткосрочной перспективе национализм способен расширить поддержку КПК, однако со временем его энергия иссякнет, особенно если Партия не сумеет обеспечить непрерывное повышение качества жизни. А режиму, который опирается на принуждение и насилие, придётся заплатить высокую цену в виде спада экономической активности, роста народного сопротивления, эскалации затрат на безопасность, а также международной изоляции.

Всё это совсем не похоже на воодушевляющую картину, которую Си Цзиньпин представит китайскому народу 1 октября. Однако никакие объёмы националистической риторики не смогут изменить тот факт, что крах правления КПК сегодня кажется ближе, чем когда-либо со времён окончания эпохи Мао.

https://prosyn.org/TDHCbyVru;
  1. haass107_JUNG YEON-JEAFP via Getty Images_northkoreanuclearmissile Jung Yeon-Je/AFP via Getty Images

    The Coming Nuclear Crises

    Richard N. Haass

    We are entering a new and dangerous period in which nuclear competition or even use of nuclear weapons could again become the greatest threat to global stability. Less certain is whether today’s leaders are up to meeting this emerging challenge.

    0