11

Порочные круги Брексита

ЛОНДОН – Финансовые рынки категорически против Брексита, и они вправе поступать таким образом. Но поскольку решению Соединенного Королевства выйти из Европейского Союза противятся именно финансы, а не демократическое гражданское общество, дебаты по Брекситу будут еще более ожесточенными, а последствия – еще более серьезными.

Первичные экономические последствия июньского референдума были незначительными, и даже, в некоторой степени, положительными, поскольку сегодня показатели роста экономики Великобритании после референдума пересматриваются в сторону увеличения. Но курс британского фунта понижается, стоимость финансового обслуживания британского правительственного долга растет, так что процесс выхода из ЕС может по факту оказаться очень разрушительным.

Chicago Pollution

Climate Change in the Trumpocene Age

Bo Lidegaard argues that the US president-elect’s ability to derail global progress toward a green economy is more limited than many believe.

Приняв решение выйти из ЕС, в интересах Великобритании провести этот выход с минимальными краткосрочными затратами и минимальными долгосрочными потерями для себя в этом процессе. Аналогичным образом, в интересах Европейского Союза смягчить не только воздействие выхода Великобритании на экономику ЕС, но также сократить ущерб из-за потери своей репутации, что связано с уходом крупнейшего государства-члена из состава ЕС.

Было бы идеально, если бы участники конфликта хладнокровно и рационально думали о своих долгосрочных интересах и соответственно действовали; к сожалению, они редко так поступают. Так же, как развод супружеской пары часто приводит к горечи и генеральным сражениям, которые приносят пользу только адвокатам, развод Великобритании с ЕС почти наверняка перейдет в острую форму. По мере повышения враждебности снижается вероятность мировой сделки, и все закончится тем, что каждая сторона потеряет больше, чем получит.

Есть три потенциальных порочных круга в этой спирали переговоров, которые уже созрели в процессе подготовки процедуры развода Великобритании с ЕС. Во-первых, есть политические и структурные риски для ЕС, что другие государства-члены ЕС тоже захотят выйти из ЕС. Когда блок теряет одно государство, это похоже на несчастный случай, который может быть приписан внутренним особенностям покидающей ЕС страны. Но если блок теряет другие государства-члены, это начинает выглядеть как халатность или неумелое руководство блоком, или же свидетельствует о конструктивной ошибке в проектировании блока. Поэтому у ЕС есть сильный стимул сделать Брексит максимально болезненным для Великобритании, чтобы отбить охоту последовать примеру Великобритании у других стран, таких как Нидерланды, Швеция или Финляндия.

Опросы общественного мнения показывают, что после референдума в Великобритании поддержка ЕС выросла во многих государствах-членах. Но это происходит не потому, что ЕС внезапно стал лучше функционировать. Скорее всего, это означает, что многие европейцы считают: бывший британский премьер-министр Дэвид Кэмерон совершил большую ошибку, призвав к проведению референдуму о членстве в ЕС.

Сразу после референдума канцлер Германии Ангела Меркель умоляла европейцев не быть слишком «скверными» (garstig), думая об условиях развода Великобритании с ЕС. Но, поскольку Великобритания знает, что ЕС боится распада, она неизбежно увидит мстительность в любой позиции, которую будет занимать ЕС. Британские переговорщики должны будут предполагать, что их коллеги из ЕС попытаются сделать выход Великобритании из ЕС максимально усыпанным экономическими и политическими «булыжниками».

Британские переговорщики ответят тогда на действия переговорщиков из ЕС согласно логике теории домино, пытаясь сделать процесс максимально болезненным для остальной части ЕС. Действительно, контингент избирателей, голосовавших за «Уход», уже твердо верит, что Великобритания будет гораздо лучше экономически обеспечена при самостоятельном существовании и что Брексит повредит европейцам намного больше, чем британцам. Это означает, что у избирателей, голосовавших за «Уход», есть сильный стимул выполнить свое собственное пророчество.

Второй порочный круг относится к внутренней политической экономике Великобритании. Великобритания не может просто начать побеждать европейцев в их собственной игре, восстановив свою автомобильную промышленность или производя собственное вино, конкурируя с французскими и итальянскими производителями. Принцип сравнительного преимущества требует, чтобы Великобритания сделала упор на сферу услуг и, в особенности, на финансовые услуги.

Лондонский Сити уже стимулирует британскую экономику, и одним из сценариев развития после выхода Великобритании из ЕС является реально растущая роль Лондона как глобального финансового центра. Чтобы это произошло, британское правительство должно установить режим пониженных налогов, упростить законодательство и создать благоприятные условия для квалифицированных и неквалифицированных иммигрантов, работающих в сфере финансовых услуг. Но каждый элемент этого плана находится в противоречии с целями правительства по обузданию финансовой отрасли и ограничению притока мигрантов.

Действительно, укрепление капитализма денежных мешков является полной противоположностью тому, что обещала сделать британский премьер-министр Тереза Мэй, когда она сменила Кэмерона. На самом деле в лагере сторонников «Ухода» доминировали жители Англии и Уэльса, которые чувствовали себя отрезанными от барышей за счет глобализации и голосовали против привилегий и богатства сверкающего глобального мегаполиса Лондона. Таким образом, одна из самых эффективных стратегий ведения переговоров с ЕС глубоко разделила бы саму Великобританию, и особенно правящую Консервативную партию.

Это моменты затрагивают третий порочный круг переговоров: миграция, которая очень сильно повлияла на результаты референдума Брексита. Правительство Премьер-министра Мей теперь должно продемонстрировать избирателям, что оно что-то делает в вопросе о мигрантах и иностранных рабочих в Великобритании. Но, пока у Великобритании есть динамика в экономике, страна будет привлекать иммигрантов, независимо от того, допускают ли их в страну официально. Правительство может гарантировать уменьшение числа иммигрантов только путем разрушения экономики, в чем, естественно, будут обвинены злобные происки ЕС.

Fake news or real views Learn More

Между тем, если Великобритания станет доступным по цене оффшорным финансовым центром, который дает новые рабочие места, страна может стать опасной для своих соседей. Континентальную Европу может увлечь идея уйти от финансового капитализма в целом, перейдя на стратегию роста за счет больших инвестиционных проектов, управляемых государством.

И, наконец, Брексит может закончиться ситуацией, напоминающей расчленение тела, когда британская финансовая голова будет отделена от европейского тела ‑ реального сектора экономики. Великобритания станет менее привлекательной, Европа уйдет в себя, и каждая сторона будет обвинять в этом другую сторону. Для всех это было бы плохим результатом. Но это также соответствует горькой логике разводов – вот почему большинство пар предпочитает все же обратиться за консультацией к психологу.