10

Брексит – увиливание от решения проблемы

ЛОНДОН. «Брексит означает Брексит», ‑ настаивает Тереза Мэй, новый премьер-министр Соединенного Королевства. Это простой и сильный лозунг, который посылает безошибочный сигнал всем, кто надеялся на переоценку результатов июньского референдума. Кажется, стало ясным ‑ Великобритания будет покидать Европейский союз. Но на этом ясность заканчивается.

Когда Шарль де Голль стоял на балконе губернаторского дворца в Алжире 4 июня 1958 года, он сказал толпе французских алжирских поселенцев: «Je vous ai compris!» («Я Вас понял!»). После этого в течение нескольких лет он провел переговоры о предоставлении независимости Алжиру, приведя в бешенство тех же поселенцев. Как выяснилось, «понял» не означало «сочувствую».

Эффектная реплика госпожи Мэй может аналогично вводить в заблуждение – возможность, которая не была потеряна ее Консервативной партией – крайне правой сторонницей Брексита. Означает ли «Брексит», о котором говорит Мэй, «жесткий» выход из ЕС, которого хотят многие, если не большинство, сторонников выхода, или она будет предпочитать более мягкий подход к такому выходу?

 «Жесткий» Брексит повлек бы за собой разрыв всех существующих связей между Великобританией и ЕС: прекращение вкладов в общий бюджет и запрещение свободного перемещения рабочей силы. Эта позиция предполагает, что Европа находится в экономическом и культурном упадке и, таким образом, не может предложить ничего особенного Великобритании, которая получила бы гораздо больше преимуществ от более тесных связей, скажем, с развивающимися экономиками Азии и Южной Америки. «Жесткий» Брексит, в сущности, является ампутацией.