0

Последний сторонник интервенции

Когда Тони Блэр, который откладывал свою отставку до грани практически полного безумия, наконец, в следующем месяце покинет должность премьер-министра Великобритании, это будет огромным облегчением не только для всего британского населения, но и для подавляющего большинства его собственных соратников по партии. После трех сроков на этом посту, вряд ли могло быть по-другому. Несмотря на клише, власть действительно развращает, и последнее время при Блэре, как это было ранее и при Маргарет Тэтчер, было убогим зрелищем.

Парадокс заключается в том, что непонятно какое внутреннее наследство, если таковое вообще имеются, оставит Блэр - человек, который обладал такой огромной властью в течение такого большого периода времени. Блэиризм был настроением и стилем, но в действительности, он не имел радикального отличия от наследия Тэтчеризма, которое Новая лейбористская партия изменила так умно и, честно говоря, вела дела более гуманно, чем это делала Железная Леди.

Внешняя политика – совсем другая история. Независимо от того, что люди думают о Блэре, в международных отношениях он был влиятельным лидером. Действительно, его можно честно назвать основным ответственным лицом за формулирование и успешное распространение доктрины «гуманитарного вмешательства». Эта идея захватила умы большой части элиты развитого мира в течение 1990-ых и обеспечила моральное объяснение основных Западных военных вмешательств периода пост-холодной войны, начиная с Боснии и заканчивая Ираком.

Учитывая, каким катастрофичным оказалось вторжение в Ирак, сложно даже припомнить, когда вмешательство на моральных основаниях – направленное на то, чтобы остановить диктатора, как это было в случае с балканской войной, или чтобы положить конец анархической жестокости, как в случае с британским вмешательством в Сьерра-Леоне, выглядело большим прогрессом в международных отношениях. Больше не будет могущественного «нет», в то время как мясники вроде Слободана Милошевича или Фодея Санкоха вырезают своих собственных людей.