3

Как выкарабкаться из Брексита

САНТА-БАРБАРА (США) – Рынки охватила паника – котировки акций и облигаций падают, британский фунт не может найти новое дно, растут страхи наступления рецессии. Всё это из-за того, что незначительным большинством избиратели Великобритании решили, что их страна должна выйти из Евросоюза.

Британское общество высказалось, жребий брошен. Новый премьер-министр страны Тереза Мэй будет обязана применить статью 50 Лиссабонского договора. В течение двух лет Британия официально выйдет из ЕС, нравится вам это или нет.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Но оправданы ли все эти рыночные страхи? Можно поспорить, что перспективы намного менее печальны, чем думает большинство людей. Я бы посоветовал сделать глубокий вздох и начать смотреть вперёд, потому что эта история закончится не скоро. А когда всё будет сказано и сделано, финальный результат может на самом деле оказаться на удивление приятным и – в этом ирония – похожим на то, что есть сейчас.

Предстоящие трудности очевидны. Незначительное преимущество тех, кто проголосовал за выход, означает, что многие британцы крайне возмущены идеей Брексита.

Начать хотя бы с Сити, этой лондонской Уолл-стрит. Хотя Британия пользуется фунтом, а не евро, Сити уже давно играет роль динамичного финансового центра Евросоюза, его воротами для всех остальных рынков мира. После окончательного выхода Британии из ЕС можно ожидать, что значительные сегменты бизнеса Сити переедут в новые офисы на континенте. Единственный вопрос – какой город выиграет в конкурсе на замену Лондона. Самым логическим выбором представляется Франкфурт, где находится Европейский центральный банк, однако Париж и Амстердам также участвуют в забеге.

Британские экспортёры также недовольны, потому что половина их продаж приходится на товарищеские страны ЕС. Не стоит забывать о шотландцах и северных ирландцах, которые подавляющим большинством проголосовали против Брексита, а теперь готовятся любыми средствами сохранить своё членство в европейском клубе.

Более того, даже некоторые наиболее активные агитаторы за выход из ЕС демонстрируют признаки раскаяния, поскольку цена Брексита становится всё очевидней. Самым заметным среди них является Борис Джонсон, бывший мэр Лондона, который через четыре дня после референдума опубликовал в газете Daily Telegraphстатью под заголовком: «Я максимально подчеркиваю, что Британия – это часть Европы, и она будет ею всегда».

Как же Британия сможет исполнить демократическую волю своих избирателей и одновременно остаться «частью Европы» (как этого хотелось бы Сити и остальным)? Ответ очень прост – потихоньку замылить весь этот процесс. И это будет не так уж и трудно в итоге. Ведь речь идёт о стране, которая, как однажды написал историк Джон Роберт Сили, «завоевала и заселила полмира, не приходя в сознание».

К счастью, сам Евросоюз гордиться своими традициями компромиссных решений проблем, с которыми сталкивается. С давних пор ЕС полагается на заключение крайне запутанных соглашений для удовлетворения нужд и потребностей различных стран-членов. Евросоюза уже давно распался бы, если бы не обладал тем, что журнал The Economistназывает «духом грязных компромиссов». Там, где нельзя с лёгкостью примирить противоречивые интересы, ЕС применяет хорошо отточенную технику создания двусмысленностей и неясностей, чтобы процесс двигался вперёд.

Смогут ли такие договорённости удержать Британию в Европе? Если бы я делал ставки, я бы сказал – да. Политики понимают, что, несмотря на чёткие формулировки референдума о Брексите, выбор не делался между жёсткими альтернативами – «остаться» или «выйти». Между этими двумя полюсами имеется море возможных компромиссов, которые позволят превратить Британию в неформального партнёра ЕС, пусть даже она больше и не будет его формальным членом.

Самым вероятным вариантом, который приходит на ум, является «норвежский». Норвегия является членом Европейской экономической зоны, но имеет доступ к общему рынку ЕС. В обмен на эту привилегию Норвегия делает ежегодные взносы в бюджет ЕС, согласна соблюдать все правила данного союза (хотя и не участвует в их разработке) и смирилась с принципом свободы передвижения граждан ЕС. Мало причин сомневаться в том, что Британия начнёт переговоры о соглашении на аналогичных условиях.

Простейшая часть этих переговоров касается ежегодных взносов: они не должны сильно отличаться от сумм, которые Великобритания платит ЕС сейчас. Не трудно будет также найти способ обеспечить Британию правом отказа от соблюдения любых новых правил ЕС, аналогично тем правам, которыми она пользуется сейчас, находясь за пределами еврозоны, под прикрытием флага «жизненно важных национальных интересов».

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Наиболее серьёзным препятствием является вопрос об иммиграции, который мотивировал стольких избирателей проголосовать за выход. Но и здесь не трудно представить, что дипломаты сумеют так обработать острые углы, что достигнутое соглашение сможет проглотить даже лагерь сторонников выхода.

Иными словами, есть высокая вероятность, что через два-три года дым рассеется и окажется, что немногое на самом деле изменилось в отношениях между Великобританией и ЕС в практическом плане. С чисто юридической точки зрения, Британия больше не будет членом ЕС. Тем не менее, жизнь будет во многом такой же, как и раньше. Дух «грязных компромиссов» ЕС снова победит.