7

Меры жесткой экономии в малых странах

БРЮССЕЛЬ – Интерес к экономической политике малых стран, как правило, ограничивается небольшим числом специалистов. Но бывают случаи, когда опыт малых стран интерпретируется во всем мире как доказательство того, что определенный политический подход работает лучше всего.

Сегодня Греция, страны Балтии, а также Исландии часто упоминаются в спорах за или против мер строгой экономии. Например, лауреат Нобелевской премии экономист Пол Кругман считает, что тот факт, что ВВП Латвии по-прежнему более чем на 10% ниже своего докризисного пика, показывает, что подход «мер строгой экономии вкупе с застоем в заработной плате» не работает и что Исландия, которая не была подвержена мерам жесткой экономии извне и которая девальвировала свою валюту, выглядит гораздо лучше. Другие, однако, отметили, что Эстония, которая следовала мерам строгой экономии в разгар кризиса, избежала финансового кризиса и теперь снова энергично растет, в то время как Греция, которая отложила ужесточение бюджетной политики на слишком долгое время, пережила глубокий кризис и погрязла в рецессии.

Обе стороны в этих спорах обычно не упоминают ключевые отличительные характеристики и конкретные начальные условия, которые могут сделать прямое сравнение бессмысленным.

Для начала, Латвия, как и другие страны Балтии, когда начался кризис, имела огромный дефицит текущего счета. Это означает, что докризисный уровень ВВП просто не был устойчивым, так как он требовал приток капитала свыше 20% ВВП для финансирования очень большого потребления и строительных бумов. Таким образом, когда приток остановился в начале финансового кризиса, сокращение ВВП на двузначные проценты было неизбежным. В этом свете, вовсе не удивительно, что ВВП Латвии в настоящее время еще более чем на 10% ниже своего докризисного пика; в конце концов, ни одна страна не может бесконечно поддерживать дефицит текущего счета в размере 25% от ВВП.