0

Уйгурская дилемма Китая

Участие китайского правительства в анти-террористической кампании, возглавляемой США, обусловлено его реальными опасениями скоординированного исламского терроризма в Китае. Министерство иностранных дел Китая обвинило такие организации как Восточно-туркестанский информационный центр и Освободительный фронт Уйгуров в организации широкого спектра террористических атак от взрыва Китайского консульства в Истанбуле до взрыва автобуса в Пекине в марте 1997 года. В настоящий момент Китайское правительство добивается международной поддержки удара по сепаратистам из Уйгура, утверждая, что они напрямую связаны с Талибаном и другими исламистскими организациями, поддерживаемыми Бен Ладеном.

Однако, международная организация Уйгуров, приведенная в списке Министерства Иностранных дел, не взяла на себя ответсвенность за эти совершенные раннее акты насилия и с 11 сентября большинство заграничных информационных центров этой организации отрицают любую поддержку международноги или внутреннего терроризма. Интерсно, что сам Осама Бен Ладен в своем последнем официально транслируемом интервью поддержал несколько исламистских организаций, но не упомянул освободительное движение Уйгуров.

Подготовленные Талибаном Уйгуры боролись против Северного Альянса и активно участвовали в борьбе Чеченских мусульман против российского владычества. С середины до конца 90-ых, международные организации Уйгуров признали непрямую ответсвенность за многочисленные «акты споротивления» против Китайского правительства включая взрывы отделений полиций в Кашгаре и Хотане, взрывы автобусов в Урумки и Пекине и за крупные восстания в Йининге (Халья), Актуше и Кашгаре. Тем не менее, несмотря на желание Китайского правительства показать, что Уйгур представляет растущую опасность внутри страны, оно не смогло привести примеры недавних инцидентов насилия внутри страны, организованных Уйгурами.

В 50-ые годы Уйгуры и другие малые народы приветствовали появление Народной Освободительной Армии в процессе «мирного освобождения» как Ксинянга так и Тибета. В Ксинянге местные жители участвовали в политическом распределение земель и богатсв и надеялись на окончание трех-сторонней гражданской войны, которая раздирала регион между интересами русских, китайских коммунистов и китайских националистов. В тоже самое время, сохраняющаяся натянутость в отношениях между этническими группами Уйгуров, Казахов, Китайцев Хуи и Хан, представляла угрозу распада региона по границам проживания народов.