Frontiers of Growth
Ценность недооценки
Дэни Родрик
|
|
|
|
Самая главная дилемма экономической политики, стоящая сегодня перед рынками с развивающийся экономикой, заключается в следующем: с одной стороны, устойчивый экономический рост требует конкурентоспособной (т.е. "недооцененной") валюты. С другой стороны, за любыми хорошими новостями немедленно следует повышение курса валюты, что делает задачу сохранения конкурентоспособности гораздо сложнее.
Значит, вы, наконец, приняли тот решающий закон? Политическая партия, отличающаяся ответственностью в фискальных вопросах, только что одержала победу на выборах? Или дела с экспортом ваших товаров идут очень хорошо? Замечательно! Но повышение курса валюты, которое последует вслед за этим, скорее всего, приведет к неустойчивому росту потребления, вызовет хаос в вашем экспортном секторе, создаст безработицу и сократит ваш потенциал роста. Успех приносит награду в виде немедленного наказания!
В ответ на это центральные банки могут вмешаться в работу валютных рынков для предотвращения повышения курса. Ценой такого вмешательства является аккумулирование низкоприбыльных резервов иностранной валюты и ценных бумаг и отклонение от основной цели поддержания стабильности цен. Этой стратегии следуют такие страны, как Китай и Аргентина.
Или же центральный банк не вмешивается в работу рынка, вызывая тем самым гнев частного бизнеса, рынка труда, правительства и практически всех остальных за исключением финансового сектора. Этой стратегии придерживаются такие страны, как Турция и Южная Африка, которые выбрали более традиционный режим "контроля инфляции".
Первая стратегия проблематична, поскольку является неустойчивой. Вторая стратегия нежелательна, потому что покупает стабильность за счет роста.
Важность конкурентоспособной валюты для экономического роста нельзя отрицать. Практически все случаи высокого устойчивого роста сопровождались существенно заниженным реальным валютным курсом. Это также справедливо в отношении Южной Кореи и Тайваня в 1960-х и 1970-х годах, как и в отношении Аргентины сегодня. Чили достигла высоких темпов роста в 1980-х годах на волне существенного понижения валютного курса. С 1990-х годов Китай и Индия получили огромный толчок от своих заниженных валютных курсов.
Это всего несколько хорошо известных примеров. Исходя из опыта более 100 стран, я сделал заключение в своем исследовании, что каждые 10% недооценки валюты добавляют 0.3 процентных точек к росту.
Занижение валютного курса является таким мощным инструментом роста по той простой причине, что создает стимулы для секторов, способствующих росту экономики. Это увеличивает прибыльность производственных и нетрадиционных сельскохозяйственных секторов, которые являются отраслями с самым высоким уровнем производительности труда и самыми высокими темпами роста производительности.
Заниженный валютный курс позволяет экономике страны интегрироваться в мировую экономику на основе роста экспортного сектора. Он стимулирует производство (и, следовательно, занятость) в отличие от завышенного курса, стимулирующего потребление.
Так что же делать политикам? Во-первых, важно осознавать, что сильная и чересчур нестабильная валюта является не только проблемой центрального банка. В то время как центральный банк несет большую часть ответственности, ему необходима поддержка других правительственных органов, главным образом, министерства финансов. Поддержание конкурентоспособной валюты требует роста отечественных сбережений по сравнению с инвестициями или же сокращения государственных расходов по сравнению с доходами. В противном случае выгода, полученная от конкурентоспособности валюты, будет "съедена" растущей инфляцией.
Это означает, что на финансовых органах лежит огромная ответственность за создание достаточно высокого структурного фискального избытка для того, чтобы создать пространство, необходимое для понижения реального валютного курса. Эта политика может быть непопулярной, особенно в период экономического спада. Но никто не имеет право жаловаться по поводу политики "высоких процентных ставок и завышенного валютного курса" центрального банка, когда фискальная политика остается слишком расслабленной для того, чтобы понизить процентные ставки, не рискуя при этом стабильностью цен.
Существуют и другие механизмы повышения уровня внутренних сбережений и сокращения потребления помимо фискального баланса. Политика правительства может быть прямо направлена на увеличение частных сбережений путем создания стимулов для сбережений посредством соответствующей налоговой и пенсионной политики. Что еще более важно, политика правительства может ослабить основанный на иностранных займах бум потребления посредством налогообложения притоков капитала (в чилийском стиле) или повышения требований ликвидности к финансовым посредникам. От свободного доступа горячих денег в экономику мало пользы.
Наличие такой политики позволяет центральным банкам чувствовать себя достаточно свободно для того, чтобы ослабить кредитно-денежную политику. Центральный банк также должен подать сигнал общественности, что он заботится о реальном обменном курсе, потому что это важно для экспорта, создания рабочих мест и устойчивого развития.
Это можно сделать, не устанавливая конкретный желаемый курс валюты. Существует огромное пространство для маневров между двумя крайностями: стремлением к поддержанию конкретного желаемого реального курса валюты и отсутствием какого-либо интереса к реальному курсу валюты. Центральный банк должен иметь свое мнение (и пересматривать его в случае необходимости) о допустимом диапазоне валютного курса и должен подать сигнал, когда, по его мнению, валютный курс движется в неправильном направлении.
Если кредитно-денежные правила игры включают реальный обменный курс и при условии, что фискальная политика остается благоприятной, инвесторы могут рассчитывать на более устойчивый и конкурентоспособный валютный курс. Это будет означать больше инвестиций в пользующиеся спросом отрасли промышленности, более высокий уровень занятости и более быстрые темпы роста.
Вы поймете, что преуспели, когда министр финансов США начнет стучать в вашу дверь, обвиняя вас в манипулировании валютным курсом.
Дэни Родрик - профессор политэкономии Школы управления им. Джона Ф. Кеннеди при Гарвардском университете.
Авторское право: Project Syndicate, 2007.
www.project-syndicate.org
Перевод с английского: Евгения Унанянц
You might also like to read more from Дэни Родрик or return to our home page.
|
|
