Human Rights
Европейская дискриминация под следствием
Роберт Бадинтер
|
|
|
|
Какая польза от европейских договоров, предназначенных обеспечить равенство перед законом всех граждан, если целые группы людей сталкиваются с систематической дискриминацией? Именно таким вопросом на этой неделе задается Европейский суд по правам человека (ECHR) в то время, когда его Большая палата, состоящая из 17 судей, начинает рассмотрение апелляции по первоначальному решению, которое отвергает жалобы цыган относительно их дискриминации органами образования в Чешской республике.
Все европейские государства являются членами совета Европы, все они подписали Европейскую конвенцию по правам человека, 39 из 46 стран-участниц приняли рамочную конвенцию по защите национальных меньшинств, и 14 ратифицировали Протокол №12, запрещающий дискриминацию. Тем не менее, условия жизни многих цыган остаются просто ужасающими.
И хотя в опубликованных Центром мониторинга Евросоюза по расизму и ксенофобии, а также комиссаром ЕС по правам человека в 2006 году отчетах говорится о некоторых улучшениях, в них также указывается, что условия жизни цыган остались на том же уровне, если не ухудшились. Цыгане, невзирая на значительные усилия, прикладываемые на местах, благодаря поддержке и побуждению со стороны Совета Европы, все еще остаются жертвами дискриминации в отношении доступа к жилью, работе, услугам здравоохранения и образования.
Особенно важной является дискриминация в отношении доступа к образованию, если учитывать то влияние, которое она затем оказывает на жизненные перспективы жертвы. В самых крайних случаях, сама система образования строится по принципу сегрегации: изолированные школы в удаленных таборах, специальные классы для цыганских детей в общеобразовательных школах, а также преобладающее присутствие детей-цыган в классах для детей, испытывающих сложности в обучении.
Суд EHCR столкнулся с третьей проблемой при рассмотрении дела « D.H. и другие против Чешской республики» . Суду было указано на 18 случаев с девочками и мальчиками, которые в промежутке между 1996 и 1999 годами были помещены в специальные школы для детей с затруднениями в обучении либо напрямую, либо после того, как они какое-то время проучились в начальных школах. Вопрос заключался в том, были ли эти дети жертвами дискриминации по принципу их принадлежности к национальным меньшинствам.
Чешское правительство призналось, что некоторые из классов специальных школ на 80%–90% состоят из детей-цыган. Однако если дискриминация и присутствовала, то она не была прямой, поскольку в соответствии с чешскими законами перемещение в такой класс может быть инициировано только директором школы на основании результатов тестов на определения коэффициента интеллекта, проведенных в консультативном центре образовательной психологии, и после получения одобрения от родителей ребенка или его законного опекуна.
Различие в обращении само по себе дискриминацией не является. В соответствии с прецедентным правом национальных верховных судов и ECHR, дискриминация осуществляется только в том случае, когда с людьми в одной и той же ситуации обращаются по-разному. В то же время национальное международное прецедентное право признает, что теоретически недискриминационная мера на практике может быть дискриминационной. И таким образом, в данном случае приписываемая дискриминация не вытекает из самого закона, но является последствием его применения, а истцы опираются главным образом на статистические данные, которые демонстрируют преобладающее присутствие цыган в специальных школах.
Имеется также много других отчетов по положению цыган в Чешской республике, включая отчет Совета Европы. Но, как справедливо заметил Суд, решение следует принимать только по принятым к рассмотрению делам, и что не следует выражать своего мнения относительно легитимности чешской системы образования, поскольку выбор соответствующих возможностей образования подпадает под юрисдикцию государств и поэтому может соответственно отличаться.
Вынося в феврале 2006 свое решение по данному делу с учетом указанных выше предположений, коллегия EHCR из семи судей отклонила жалобу истцов, сделав заключение, что закон о специальных школах не принимался с целью применения исключительно к цыганам, и применяется не только к ним. В соответствии с решением Суда, цель принятого закона заключается в адаптации обучения к трудностям, которые испытывают определенные категории учеников, а психологические тесты были достаточно объективными, и в них не было замечено какого-либо расового уклона. Более того, требование получения согласия родителей для помещения ученика в специальную школу остается в действии, и дети цыган, которые первоначально были помещены в такие школы, имели возможность вернуться в обычные школы позже, и там реинтегрироваться в обычную школьную жизнь.
Однако, невзирая на достаточную обоснованность доводов Суда, все же остается чувство неловкости. Статистические данные, показывающие непропорционально большую долю детей-цыган в таких школах, очень сложно игнорировать, и таким образом, трудно избежать подозрений в дискриминации. И, хотя законы были изменены, менталитет людей не всегда изменяется такими же темпами, и мы интуитивно знаем, что очень легко привлечь психологию для оправдания многих вещей.
В действительности, после объявления своего решения Суд посчитал необходимым указать, что, хотя он не выявил каких-либо нарушений Конвенции, тем не менее, «статистические данные вызывают беспокойство, и ситуация в целом в Чешской республике относительно образования детей-цыган должна быть улучшена". Президент Суда, Жан-Поль Коста, выразил аналогичное мнение, не ставя под сомнение легитимность решения, однако судья Кабрал Баррето выразил особое мнение.
Более того, очень важно, что Суд согласился по просьбе сторон направить дело на апелляцию в Большую палату. В соответствии с тем, что сказал Коста, отмена решения, принятого в феврале 2006 года, вступает в противоречие с прецедентным правом. Примет ли в этом случае Суд решение относительно работы системы образования в Чехии в целом? Или последует ли мнению судьи Баррето, который призывает признать необходимость взять обязательства по проведению политики «позитивных действий», нацеленных на улучшение положения цыган?
Какая бы формула не была принята, определенно ясно, что цыганским детям должны быть предоставлены те же возможности, как и другим детям. Именно этот императив определяет важность решения, которое будет принято, поскольку он предоставляет суду еще одну возможность утверждения фундаментального принципа недопущения дискриминации, который определяет сущность наших демократических обществ.
Роберт Бадинтер – бывший президент Конституционного суда Франции. Будучи министром юстиции, он отменил использование гильотин и смертную казнь во Франции. В данный момент является членом французского Сената.
Copyright: Project Syndicate, 2007.
www.project-syndicate.org
Перевод с английского – Николай Жданович
You might also like to read more from Роберт Бадинтер or return to our home page.
|
|
