Monday, September 1, 2014
0

НАТО должно одержать победу

ДЕНВЕР. Недавний прогноз министра обороны США Роберта Гейтса относительно будущего НАТО, как “неясного” и “мрачного” стал причиной множества споров, но он вполне может оказаться оптимистическим. Июнь нынешнего года, как оказалось, стал еще одним краеугольным камнем на пути альянса к состоянию неопределенности. Его военная операция в Ливии уже превысила по продолжительности операцию в Косово, которая проводилась 12 лет назад. В 1999 году, через 78 дней, Слободан Милошевич в Сербии сдался, в то время как ливийский полковник Муаммар эль-Каддафи все еще не сделал нужных выводов и вполне может сделать неправильные выводы.

Для тех из нас, кто участвовал в урегулировании кризиса в Косово, миссия в Ливии является чем-то вроде дежа вю. В небе Сербии и Косово военные самолеты НАТО наносили удары, по одной цели за другой, не для поддержки операций по освобождению территории, и не выполняя стратегический план бомбардировок, а скорее чтобы заставить Милошевича передумать. Если быть точным, то перекрытие Милошевичу подходов к средствам для проведения “этнических чисток” было добавлено в качестве оправдания спустя несколько дней после начала миссии. Однако ее реальной целью было убедить его, что он должен допустить военные силы НАТО в Косово. Это было классическим примером несоответствия стратегии и политики.

Ни одна война не обходится без целого списка ложных исходных предположений, и косовская компания ничем от них не отличается. Наиболее важным было памятное, но, тем не менее, ложное предположение, что Милошевич пойдет на уступки уже через несколько дней бомбардировок, но вместо этого, как и множество других руководителей в таких ситуациях, он спустился в бункер, как фигурально, так и буквально, и оставался там практически не выходя на связь ни с кем, в то время как штабные офицеры НАТО отчаянно пытались найти цели, которые или же лишили бы его возможности проводить этнические чистки или, что было чаще, вынудили бы его изменить свою позицию.

У той миссии были свои провалы. Пожалуй, самым худшим из них была бомбежка китайского посольства, которое ошибочно приняли за здание, в котором были расположены службы безопасности Сербии ‑ инструмент репрессий в Косово. Также были моменты, когда возникала озабоченность, пожелают ли союзники продолжать миссию по мере того, как проходили дни, недели и месяцы, а ей не было видно конца. Вне всяких сомнений участники миссии в Ливии испытывают такое же давление.

Если вернуться в март 1999 года, то тогда лишь немногие лидеры НАТО сомневались в неправильности решения о том, что необходимо изгнать Милошевича из Косово, применив силу. Также лишь немногие сомневались в том, что руководители стран Европы и Соединенных Штатов не предприняли достаточно усилий для того, что бы убедить Милошевича путем переговоров и с помощью мирных средств. Война в данном случае была последним средством.

В действительности, к марту 1999 года решение относительно вступления в войну считалось единственно правильным, поскольку все другие возможности уже были исчерпаны. Часто цитируется высказывание прусского теоретика военной науки 19 столетия Карла фон Клаузевица о том, что война есть продолжение политики иными средствами, но в данном случае другой его более уместной мыслью, которая приходила на ум в те дни принятия решения, была следующая: война ‑ это серьезные средства для серьезных целей.

Никто из участников операции в Косово не думал иначе и не поддерживал идею о том, что НАТО должно сдаться. Вот почему НАТО начало готовиться к наземной операции. В конечном итоге ввод сухопутных войск оказался ненужным, но в случае необходимости это было бы сделано.

Не о какой сдаче не должно быть речи и сегодня. В Ливии также наблюдается несоответствие между стратегией и политикой. Политика заключается в том, чтобы отстранить Каддафи от власти. Стратегия, то есть мандат на использование средств, это защита гражданского населения, и последнее не гарантирует успех первого.

Эта пропасть начинает смыкаться по мере того, как НАТО начинает использовать такие средства, как боевые вертолеты, с целью перехода к непосредственному и решительному отстранению Каддафи от власти. Но нужно сделать намного больше, чтобы гарантировать успех. Жалобы относительно беспомощности повстанцев здесь не помогут ‑ ливийская оппозиция такая, какая она есть.

Гейтс уместным образом заострил внимание на финансовой устойчивости НАТО. Поскольку военное руководство стран Европы, которые непосредственно заняты в операции, публично обсуждают ограничения своих бюджетов, вполне понятно, почему он поднял ��тот вопрос (замечание военному руководству европейских стран: пожалуйста, не подавайте сигнала Каддафи о том, что у вас заканчиваются бомбы.)

Но другое замечание, сделанное Гейтсом, намного более серьезное: отсутствие политической воли. Некоторые из стран, у которых есть соответствующие возможности, не вступили в битву, а некоторые даже до сих пор не предоставили политической поддержки, т.е. применяется подход «на выбор», именно так НАТО всегда и работало. Новым здесь является возможность того, что НАТО может не добиться успеха. Не принимающие участия в операции страны альянса должны учитывать риск, который возникает, пока они стоят у обочины.

Для НАТО наступают тяжелые дни, как и предсказывал Гейтс на закате своего выдающегося пребывания в должности. И хотя было принято решение о военном участии в ситуации с сомнительно выгодой, сейчас все союзники должны понимать, что они используют серьезные средства для достижения серьезных целей. Все страны, принявшие решение участвовать в операции в Ливии, включая США, должны вести себя с чувством обновленной решительности и с пониманием того, что НАТО, какими бы ни были его изъяны и недостатки, обязано одержать победу.

Hide Comments Hide Comments Read Comments (0)

Please login or register to post a comment

Featured