Wednesday, April 16, 2014
Exit from comment view mode. Click to hide this space
4

На край пропасти и обратно с Ираном

ЖЕНЕВА. Проблемы с балансированием на грани войны, происходящим сейчас вокруг иранской ядерной программы, показывают, насколько легко упасть с обрыва. После первых двух раундов новых переговоров между Ираном и P5+1 (пять постоянных членов Совета Безопасности ООН плюс Германия) в Стамбуле и в Багдаде в апреле и мае обе стороны, по крайней мере, еще находятся на краю пропасти. Теперь, после третьего тура в Москве, они удерживаются на кончиках пальцев.

Ни одна сторона не была готова пойти на компромисс по какому-либо существенному вопросу. Они только согласились – едва ‑ провести совещание экспертов на низком уровне в начале июля, но никто не ожидает, что это приведет к прорыву. До того времени новые европейские и американские санкции в отношении иранского экспорта нефти будут оставаться в силе, а Конгресс США подталкивает к введению еще больших санкций, и влиятельные голоса в нем утверждают, что переговоры окончены. Обсуждение войны по-прежнему на повестке дня в Израиле, и тревога растет, что в весьма напряженной политической атмосфере в год выборов в США не получится сдержать эскалацию этого вопроса.

Несмотря на то что переговорные позиции обеих сторон на протяжении нынешней серии переговоров не были так далеки, как в прошлом, их ключевые позиции до сих пор были непримиримы.

Шесть мировых держав в настоящее время настаивают на трех вещах. Во-первых, Иран должен приостановить всю деятельность по обогащению урана до 20% чистоты (уровня, необходимого для исследовательских реакторов, но только в двух шагах, с практической точки зрения, от оружейного урана). Во-вторых, Иран должен обменять существующие запасы 20% топлива на топливо, способное работать только в Тегеранском исследовательском реакторе или для других явно мирных целей. Конечное требование состоит в том, чтобы Иран закрыл свой сильно защищенный подземный завод по обогащению в Фордо вблизи города Кум.

В обмен на все это не будут применены новые санкции и будет открыт доступ к запасным частям для самолетов. Но Иран хочет большего: как минимум, официального признания его «неотъемлемого права обогащать» уран, не закрывать какие-либо существующие объекты, а также отмены, в значительной степени, многих уже введенных санкций (за отказ соблюдать резолюции Совета Безопасности, требующие приостановить всю деятельность по обогащению).

В основе текущего противостояния лежат несколько подтекстов, великолепно проанализированных в докладе этого месяца Международной кризисной группы. Со стороны Р5+1 и, конечно, в головах чиновников США и их европейских партнеров есть ощущение, что под этими санкциями Иран пошатнулся – не в состоянии справиться с большими санкциями и отчаянно нуждаясь в помощи ‑ и сильно боится неминуемого израильского удара.

Но Иран считает, что Запад ‑ в контексте экономического кризиса в Европе и усилий президента Барака Обамы победить на выборах – отчаянно стремится избежать конфликта, который может взвинтить цены на нефть. Его лидеры считают, что их собственные позиции на переговорах усилились вследствие появления новых объектов в стране и запасов, и, хотя они и пострадали от санкций, слишком много гордости поставлено на карту, чтобы сдаться перед их лицом.

Реальность такова, что каждая сторона преувеличивает свои собственные сильные стороны и слабые стороны другой стороны. В частности, мировые державы недооценивают устойчивость Ирана, а Иран переоценивает способности США в год выборов обуздать возможный израильский военный авантюризм. Необходима некоторая корректировка их позиций.

Нет сомнений, что Иран ‑ с его долгой историей секретности и притворства – заслуживает сильной враждебности и недоверия, которые продолжает порождать его ядерная программа. Но самое распространенное представление экспертов по безопасности и разведке во всем мире состоит в том, что, в то время как Иран стремится к обретению прорывных технических возможностей для создания ядерного оружия, которые сегодня есть у Японии, он все еще далек от создания годного к применению атомного оружия и не принял еще решения сделать его. Более того, у иранских лидеров, взвешивая издержки и выгоды, есть достаточно много хороших причин, чтобы не переходить эту красную черту.

Но эти оценки будут наивными, если Иран, как минимум, не приостановит контролируемым образом обогащение за пределы 5%, сделает свои 20-процентные запасы непригодными для военного применения, а также не снимет озабоченность относительно Фордо, изменив его роль и открыв его для тщательного контроля.

В свою очередь, Р5+1 должны быть готовы значительно изменить свои текущие итоговые требования, независимо от политических трудностей, которые это повлечет за собой, и не в последнюю очередь для Обамы в предвыборный год. Мировые державы должны открыто признать, что ‑ нравится им это или нет, и является ли это хорошей политикой или нет ‑ юридически правильной позицией в рамках ДНЯО является то, что Иран действительно имеет право обогащать уран в чисто гражданских целях. И, что более важно, 5Р+1 должны быть готовы не только отказаться от новых санкций, но и свернуть существующие, по мере того как Иран будет делать каждый из разумных шагов, которые от него требуются.

Таким образом, заключается не сделка с дьяволом, а происходит признание того, что сегодняшняя ситуация является неустойчивой; воспламеняющее противостояние ближе, чем мы думаем; и катастрофу можно предотвратить только посредством холодной, уравновешенной дипломатии, которой, до сих пор, было очень мало.

Exit from comment view mode. Click to hide this space
Hide Comments Hide Comments Read Comments (4)

Please login or register to post a comment

  1. CommentedPatrick Lietz

    It is reasonably astonishing that an advocate like Gareth Evans can still be found, as he proposes a softening of positions from both sides to reduce brinkmanship.

    It is my contention that the West, and the US in particular, has no intention to find a diplomatic solution for this quagmire.

    Why else would they attempt to deny Iran the ability to pursue its nuclear program as agreed within the framework of the NPT?

    US and Israeli intelligence agencies agree that Iran is not pursuing a nuclear weapon's program. There also seems to exist the understanding that the regime in Iran is behaving in a rational manner. Why else else would politicians dismiss the statements by their own intelligence services?

    My proposition is that the demands have been purposefully been formulated in such a way that they are unacceptable to the Iranian side. They thus serve the important function to allow for a steady increase in tensions in order to culminate in a military confrontation.

    The main two aspects for this rationale are geopolitics and hydrocarbons (oil and gas). A relatively independent Iran significantly reduces the dominance of the US and Israel in the Middle East. However, achieving control over its oil and gas resources may be an even more powerful incentive.

    China, India, Japan and other countries in Asia are highly dependent on the continuous flow of Iran's oil, forcing them to be more malleable towards demands if western control could be established. It would also fit nicely with the overall thrust behind the "pivot" towards Asia. It would also mark the next phase of escalation in the beginning era of Peak Oil.

    The single point of contention between Netanyahu and the Obama administration about Iran would then be the issue of timing.

    This development would not bode well for the Europe, Asia and Australia because of the implications it would have on the global economy.

    Nevertheless, it may be almost impossible for Europe or Australia to influence the decision making processes with regard to this issue, if the assumed motivations turn out to be correct. Short of an ultimatum delivered by either Russia or China a war with Iran appears to be inevitable.

Featured