Tuesday, July 22, 2014
Exit from comment view mode. Click to hide this space
4

Жизненно важная французская связь Европы

ПАРИЖ. В дебатах, бушующих по поводу будущего Европейского Союза и еврозоны, Германия всегда занимает центральное место. Она имеет самую большую экономику, на которую приходится 28% ВВП еврозоны, а также 25% населения еврозоны. Она имеет профицит текущего счета, который сейчас больше, чем в Китае ‑ на самом деле, крупнейший в мире по абсолютной величине. И, в то время как взвешенное большинство может одержать над ней верх по некоторым вопросам, все признают, что в еврозоне мало что можно сделать без согласия Германии.

Но акцент на Германию, хотя и оправданный, не должен приводить к недооценке критически важной роли Франции. На Францию приходится не только примерно 22% ВВП еврозоны, но и 20% ее населения ‑ уступая лишь Германии. Также во Франции самая здоровая демография в еврозоне, в то время как население Германии будет снижаться в течение следующего десятилетия.

Критически важная роль Франции отражается не только в ее размере. С точки зрения воздействия на результаты в Европе, Франция играет столь же важную роль, как и Германия, по трем причинам.

Во-первых, Франция является неотъемлемым звеном между южной и северной Европой в период растущего экономического и финансового разделения между кредиторами и должниками (трещина, которая начала приобретать культурное измерение). Активная роль Франции может стать связующим звеном, если будут задействованы ее тесные отношения с Германией (дружба, которая является одним из столпов ЕС) и ее близость и культурное родство со Средиземноморьем.

Франция является «южной» в дефиците текущего счета, но «северной» в стоимости заимствования (чуть выше Германии), отчасти по причине притока капитала, который бежит с юга, а также скромного, но позитивного экономического роста. Кроме того, нет никаких воспринимаемых рисков «деноминации», влияющих на французские активы, учитывая доверие рынков, что Франция сохранит евро. Таким образом, в то время как Франция сталкивается с огромными экономическими проблемами, ее северные и южные особенности позволяют ей играть активную роль в выживании европейской проекта.

Президент Франции Франсуа Олланд уже сделал довольно успешный пересмотр этой роли, встретив канцлера Германии Ангелу Меркель в Берлине в свой первый день пребывания в должности и, месяц спустя, приняв участие в нашумевшей встрече с итальянским и испанским премьер-министрами в Риме. Более того, он взял на себя инициативу в добавлении «пакта роста» к «пакту стабильности», который был согласован под руководством Меркель.

Во-вторых, Франция, под руководством нового левоцентристского правительства, должна продемонстрировать, что «европейскую модель» развития рыночной экономики в сочетании с сильной социальной солидарностью можно реформировать и укрепить, а не отказаться от нее ‑ не только в более прагматичном севере Европы, но и в ее более идеологическом юге. Французские социалисты не откажутся от своих традиционных обязательств; они и не должны этого делать. Но теперь они имеют возможность внести свой вклад в восстановление европейской модели.

С Олландом социалисты Франции поддерживают достижение этого восстановления через процесс социального диалога, который скорее убеждает, а не навязывает, который фокусируется как на измерении доходов, так и на повышении эффективности государственного управления, и который может перенять некоторые из наиболее успешных направлений «гибкой» политики в Северной Европе, которые сочетают большую гибкость рынка труда с сильной социальной защитой. Реформы также должны предоставить гораздо больший индивидуальный выбор, позволяющий предлагать решения для выхода на пенсию, образования, здравоохранения и проблем образа жизни, которые можно легче приспособить к конкретным обстоятельствам и потребностям граждан.

Правительство Олланда и премьер-министра Жан-Марка Айро имеет сильное большинство на всех исполнительных и законодательных уровнях, что дает ему редкую возможность действовать. Если оно сможет восстановить европейскую модель дома, оно сможет спроецировать этот успех гораздо шире, особенно в южной части Европы, тем самым, укрепляя доверие к ЕС и веру в него, особенно среди молодого поколения. Французские левоцентристы должны взять на себя роль формирования видения Европы, в которой солидарность и справедливость укрепляют долгосрочную экономическую мощь.

Наконец, наряду с Соединенным Королевством среди европейских стран Франция сохраняет большую глобальную роль, чем Германия. В то время как Совет Безопасности ООН устарел по своей структуре, он по-прежнему играет важную роль легитимации; и Франция, а не Германия, является его членом. Во многих других международных организациях Франция также имеет больший вес.

Кроме того, в то время как Франция экспортирует значительно меньше, чем Германия за пределы ЕС, многие крупные французские предприятия являются соперниками Германии в глобальном распространении и технических ноу-хау. И французский язык по-прежнему является глобальным языком. Иными словами, Франция не только является связующим звеном между северной и южной Европой, но и в значительной степени способствует связи Европы с остальным миром.

Европа нуждается в новом видении и эффективной политике для реализации этого видения. Социально-зеленое правительство Франции может сыграть критически важную объединяющую роль, по мере того как европейцы противостоят своей самой большой проблеме за последние десятилетия. Его успех будет очень весомым ‑ не в последнюю очередь для политических дебатов, которые будут влиять на результаты выборов в Германии в 2013 году.

Exit from comment view mode. Click to hide this space
Hide Comments Hide Comments Read Comments (4)

Please login or register to post a comment

  1. CommentedKofi Jackson

    Competitiveness is a downward spiral. We have to defend our social model, not compete with the world and tax evasion.

  2. CommentedPaul A. Myers

    This paragraph seems naive in light of emerging realities of economic competition. The other northern European countries are in the top 10 on international competitiveness; France is 21. It needs structural policy changes that move the country up the competitiveness scale. Because if you are not moving up, most likely you will start moving down.

    Very real labor market inflexibility in France combines with 56 percent of GDP going through government to create a structure which resists flexibility.

    Somehow we should be skeptical that "revenue measures" are going to somehow magically combine with "boosting government efficiency" to lead to renewal (renouvellement) via "social dialogue." Seems exceptionally naive to me.

    More hours need to be worked to create more output. How do you get to more hours?

  3. CommentedJosé Luiz Sarmento Ferreira

    Most Germans believe they are being compelled to bailout irresponsible and delinquent Southern European governments. Most Southern Europeans believe they are being compelled to bailout irresponsible and delinquent German banks. These perceptions grow stronger roots with each passing day. It is up to Germany and France to provide average Europeans with convincing evidence that a) both perceptions are true, or b) neither perception is true, or c) one of them is true but not the other; and in this case, which.

Featured