1

Ответ Ирану

НЬЮ-ЙОРК. Мы достаточно много знаем о ядерной программе Ирана, и то, что мы о ней знаем, не внушает оптимизма. Согласно сообщениям, Иран обогащает уран на двух объектах, причем на одном из них до уровня 20%, что далеко за пределами потребностей использования в гражданских целях. Международное агентство по атомной энергии также сообщает, что Иран осуществляет научные исследования по разработке ядерных боеголовок. В общем, заявлениям официальных представителей Ирана о том, что их ядерная программа направлена исключительно на выработку электроэнергии или медицинские исследования, сильно не хватает правдоподобия.

Тем не менее, есть еще многое, чего мир до сих пор не знает. Например, мы не знаем, занимается ли Иран какой-либо секретной деятельностью на необнаруженных объектах или когда Иран сможет разработать примитивное ядерное оружие, по оценкам от нескольких месяцев до нескольких лет. Мы также не знаем, решило ли разделенное руководство Ирана разрабатывать ядерное оружие или решит остановиться на чуть меньшем, рассчитывая на то, что страна могла бы получить многие преимущества стран, обладающих ядерным оружием, не создавая рисков и не неся реальных расходов на его изготовление.

Так или иначе, иранская деятельность входит в конфронтацию с остальным миром, толкая его на трудные выборы. Любой из них связан с расходами и  рисками. Более того, ни расходы, ни риски невозможно рассчитать с точностью.

Как вариант, можно принять существование и жить с ядерным или почти ядерным Ираном. Это предполагает, что Иран может сдерживаться от использования своего оружия, так же как и Советский Союз во времена холодной войны. Противоракетная оборона может быть расширена; Соединенные Штаты могут расширить гарантии безопасности таким образом, чтобы Иран понял, что применение или угроза применения ядерного оружия будет встречена решительным американским ответом.

Но есть и существенные недостатки в молчаливом согласии с ядерным Ираном. Учитывая его использование подрывной деятельности и терроризма против своих противников, ядерный Иран может стать еще более напористым. Он также может передавать связанные с ядерным производством материалы, технологии или оружие союзникам (например, Уго Чавесу в Венесуэле) или радикальным организациям, таким как Хезболла и Хамас. И, вместо того чтобы способствовать осмотрительному поведению и стабильности в регионе, у Ирана или Израиля может возникнуть соблазн первыми нанести удар в случае кризисной ситуации.

Также нельзя быть уверенным в том, что лишенное единства и радикальное руководство Ирана всегда будет действовать рационально или что распространение ядерного оружия остановится в пределах Исламской Республики. Если Иран разрабатывает ядерное оружие, то у таких стран, как Саудовская Аравия, Турция и Египет тоже будет соблазн приобрести или разработать собственное ядерное оружие. Ближний Восток с несколькими пальцами на ядерных кнопках является одним из самых точных определений кошмара.

На противоположном конце спектра политических ответов находится превентивное нападение: военный удар (скорее всего, со стороны Израиля, США или обеих стран) по связанным с ядерной программой объектам в Иране. Основной целью было бы прервать появление угрозы, которая до сих пор сгущается.

Но с этим также связаны значительные недостатки. Даже успешная превентивная атака не более чем отбросит иранскую ядерную программу на несколько лет. Она почти наверняка будет восстановлена, предположительно в подземных укрепленных объектах, которые сделают будущие нападения куда более трудноосуществимыми.

Кроме того, Иран незамедлительно может ответить ударом по целям, которые могут включать в себя Саудовскую Аравию, Ирак, Афганистан и другие интересы США по всему миру, а также объекты на американской территории. Хезболла может атаковать Израиль. Если все это произойдет, то цена на нефть стремительно вырастет из-за дефицита и опасений, возможно вгоняя большую часть мировой экономики, которая и так уже находится в тяжелом состоянии, в стадию рецессии. Также вооруженное нападение может сплотить иранское общество вокруг правительства, уменьшая вероятность прихода к власти более ответственного руководства.

Таким образом, нет ничего удивительного в том, что США и большинство стран мира исследовали альтернативы, включая смену режима в Иране. Но, как бы нам этого ни хотелось, никакая политика не может наверняка привести к желаемому результату. В результате основная политика в отношении Ирана сосредоточилась на введении все более болезненных экономических санкций. Логическим обоснованием такой политики является то, что иранские лидеры, опасаясь потерять политический контроль из-за увеличения народного недовольства в ходе действия санкций, переоценят затраты и выгоды от их ядерной программы и станут восприимчивыми к договорным ограничениям в обмен на отмену санкций.

Это могло бы произойти. Международная поддержка санкций значительна и возрастает. Иран (чья экономика в сильной степени зависит от экспорта нефти в объемах более чем два миллиона баррелей в день) испытывает все больше трудностей с поиском клиентов, и особенно таких, которые готовы платить полную цену. Между тем валюта Ирана слабеет, делая цены на импортируемые товары недостижимыми для многих иранцев.

Дополнительными элементами текущей политики, которые предположительно должны иметь эффект, являются негласные усилия, направленные на подрыв способности Ирана на импорт технологий двойного назначения. В иранские компьютеры проникли вирусы, снижая эффективность центрифуг, являющихся основным элементом обогащения урана. Также, возможно, убийство некоторых отдельных лиц замедлит продвижение иранских ядерных разработок.

Но замедление усилий Ирана, это не то же самое, что их прекращение. Так что один из основных вопросов повестки дня ‑ могут ли существующие санкции быть расширены и ужесточены; и здесь Китай и Россия должны определить свои приоритеты. Другой вопрос заключается в том, достаточно ли санкций для того, чтобы убедить лидеров Ирана принять контролируемые ограничения на их ядерную программу. И третьим вопросом является то, как долго Израиль или США будут терпеть иранские усилия по разработке ядерного оружия, прежде чем нанесут военный удар.

На самом деле, уверенно можно утверждать только, что иранская ядерная программа будет основной международной проблемой в 2012 году – вполне возможно самой важной.