Saturday, November 1, 2014
0

Глобальный урок гражданских прав

СТАМБУЛ. Реальность колоссальной мировой взаимозависимости хорошо известна. Мы видели, как финансовая архитектура в Соединённых Штатах может определять экономический рост в любой части мира; как выбросы углекислого газа в Китае в конечном итоге влияют на урожайность и уровень жизни во Вьетнаме, Бангладеш, на Мальдивах и далее; как эпидемия в Мексике подвергает опасности ритм общественной жизни в США; или как вулканический пепел из Исландии влияет на авиаперелёты над всей Европой.

Мы также хорошо знакомы с теми трудностями, с которыми постоянно сталкиваются национальные государства при разработке и осуществлении решений глобальных проблем, и нам приходилось при рассмотрении подобных затруднений полагаться на две распространённые модели. Первая состоит из широкого круга создаваемых для конкретных целей альянсов и решений. Когда стандартные глобальные общественные инструменты здравоохранения оказываются недостаточными, мы создаём Всемирный фонд по борьбе с туберкулёзом, СПИДом и малярией. Когда Интернет стал глобальным, его управление перешло к ICANN, интернет-корпорации по присвоению имен и номеров, которая привлекает к управлению голоса индивидуальных пользователей Интернета – существенное отступление от межправительственного принципа многосторонности.

США, как наиболее влиятельный член международной системы, в глобальном управлении склоняется к предпочтению конкретных специальных подходов. С её обширными ресурсами и альянсами, специальные решения позволяют Америке эффективно продвигать свои интересы без лишних сложностей из-за более долговременных правил, обычаев и структур.

Европейцы предпочитают полагаться на системные нормы права, а также на то, что стало известно как глобальная парадигма общественных благ. Приверженцы этого взгляда указывают, прежде всего, на существование определённых жизненно важных глобальных общественных благ (климат, как наиболее наглядный пример).

По определению, общественные блага означают проблему коллективного действия. Глобальная парадигма общественных благ подразумевает также некоторую соразмерность, если не единообразие, способов реагирования на глобальные вызовы коллективного действия.

Американцы, скорее, находят эти ожидания пропорциональности удушающими, в то время как европейцы считают их обнадёживающими и освобождающими. (Развивающийся мир не принимался во внимание в этих дебатах, за некоторыми примечательными исключениями в форме возмущения несправедливостью, встроенной в этот статус-кво и приперченной обструкционизмом.)

Как и многие другие важнейшие вопросы, напряжение между этими подходами вряд ли будет разрешено окончательно. Скорее всего, нам придётся жить с этим напряжением ещё долго, со смещением акцента то к одному, то к другому подходу.

Таким образом, нам стоило бы сфокусироваться на пренебрегаемой проблеме: какую ответственность мы все несём перед людьми, которым не выпало счастье быть нашими соотечественниками? Как конкретно-специальное направление, так и направление глобальных общественных благ, избегают этого вопроса. И всё же, без, по крайней мере, хоть какого-то работающего ответа, у нас не будет компаса, чтобы сориентироваться в нашей всё возрастающей глобальной взаимозависимости.

Нам надо признать, что глобальное управление – это не технократическая головоломка, которую можно решить с помощью искусного институционального проектирования. Мы не сможем выработать эффективный общественный договор без ясного понимания нашей ответственности друг перед другом – и прав, что возникают параллельно с этой ответственностью.

Ответы должны быть найдены не только в речах на Генеральной Ассамблее ООН или Всемирном экономическом форуме в Давосе, но и в разговорах с нашими семьями, коллегами, друзьями. Мы должны подумать, какую ответственность мы готовы принять, и обсудить наши ответы с другими.

Это означает, что надо попытаться представить себе – без паники или спешки, со всей тщательностью и вдумчивостью, которых требует это обсуждение – глобальные права и обязанности граждан. Текущий и вероятный будущий уровни взаимосвязанности и взаимозависимости дают возможность и требуют от нас начать этот разговор.

Осознаём мы это или нет, но подобные разговоры мы ведём каждый день. Например, каждый день миллионы людей мчатся на высокой скорости, заключённые в тонну металла, и они едут рядом с другими, которые делают то же самое. Малейшее движение руля в неверном направлении вызвало бы разрушения, но мы беззаботно мчимся, потому что имеем разумные ожидания относительно поведения других водителей.

Наши ожидания относительно дру��их водителей, которые призваны снизить теоретические риски вождения, могут существовать потому, что люди придерживаются рамок законов, привычек и обычаев управления автомобилем. Во всё более взаимозависимом мире нам нужны соответствующие глобальные рамки, чтобы придать нашим умам относительное спокойствие. Эти рамки должны быть основаны на глобальных правах и обязанностях, на системе осознанной ответственности, которую мы готовы принять на себя – и соответствующих прав, на которые мы готовы претендовать – после надлежащего обсуждения.

Чтобы представить себе очертания глобальных прав и обязанностей, стоит 15 минут поупражняться в размышлении о том, что бы мы сказали семимиллиардному человеку, который присоединится к нам менее чем через тысячу дней, о человеческих условиях, ожидающих его. Этот гипотетический разговор помог бы нам оценить глобальные условия, которые мы создали, и направил бы нас на путь раскрытия нашей основной ответственности друг перед другом и перед следующим поколением – сущности глобальных прав и обязанностей.

Hide Comments Hide Comments Read Comments (0)

Please login or register to post a comment

Featured