Экспорт китайской модели

42

СТЭНФОРД – Начинается 2016 год, а с ним набирает обороты историческое соревнование конкурирующих моделей развития (то есть стратегий содействия экономическому росту) между Китаем, с одной стороны, и США и остальными странами Запада, с другой. Хотя этот спор ведётся, как правило, незаметно для широкой публики, его результаты определят судьбу большей части Евразии на десятилетия вперёд.

Большинство жителей Запада знают, что в Китае существенно замедлился рост экономики – в течение последних десятилетий он превышал 10% в год, а сегодня не достигает и 7% (а, может быть, он ещё ниже). Впрочем, руководители страны не сидят сложа руки, а пытаются  ускорить переход от экспортно-ориентированной, вредной для окружающей среды модели роста, опирающейся на тяжёлую промышленность, к модели, которая опирается на внутреннее потребление и сектор услуг.

Однако в китайских планах есть и более широкий, внешний аспект. В 2013 году президент Си Цзиньпин объявил о масштабной инициативе под названием «Один пояс, один путь», которая призвана преобразить экономический центр Евразии. Компонент «Один пояс»  составляют железные дороги, которые свяжут западный Китай с Центральной Азией и далее с Европой, Ближним Востоком и Южной Азией. Странно названный компонент «Один Путь» составляют порты и терминалы, которые увеличат морские перевозки из стран Восточной Азии и свяжут эти страны с инфраструктурой компонента «Один Пояс», предоставив им возможность транспортировки товаров по земле, а не через два океана, как это происходит сейчас.

Возглавляемый Китаем Азиатский банк инфраструктурный инвестиций (AIIB), к которому в прошлом году США отказались присоединиться, предназначен, в частности, для финансирования проекта «Один пояс, один путь». Однако инвестиционные потребности этого проекта намного превышают ресурсы создаваемого банка.