0

Банкротство Интернета

Когда интернет-экономика была на подъеме, ее успех казался вечным. Инвесторов, похоже, совершенно не заботила убыточность большинства «дот-комов». Курс акций интернет-компаний стал определяться числом подписчиков и клиентов. Игра заключалась в привлечении капитала, а не в получении прибыли. Даже если курс новомодных акций резко падал, то их падение мало сказывалось на рынке в целом. Люди выучили, что покупать упавшие акции выгодно, и сохраняли эту привычку до тех пор, пока не стали действовать себе в убыток.

Сейчас, когда ажиотаж вокруг интернет-экономики затих, стали слышны рассуждения о возврате к «основам». Но эти разговоры – такая же полуправда, что и предыдущие заявления о якобы вечности интернет-бума, который будет покоиться на новых «основах», создаваемых интернет-экономикой. В действительности, наблюдаемый цикл взлета/падения интернет-экономики тесно увязан с преобладающими экономическими теориями функционирования финансовых рынков.

Стало очевидным, что так называемые основы, которые, как казалось, определяли стоимость акций, существуют не изолированно. Наоборот, они обусловлены поведением финансовых рынков. Действительно, курс акций компаний влияет на благосостояние последних самым разным образом: он определяет стоимость уставного капитала, от него зависит поглощение других компаний или же другими компаниями, курс акций влияет на кредитоспособность компании и на эффективность схемы долевого участия при привлечении и вознаграждении менеджеров, курс акций служит средством рекламы и маркетинга. Иными словами, когда финансовый рынок верит в благополучие компании, ее «основы» улучшаются; если мнение рынока меняятся, то вместе с ним меняется и фактическое благосостояние компании. Более того, изменение ситуации на финансовых рынках также имеет долгосрочные макроэкономические последствия.

Не нужно было быть гением, чтобы убедиться в недолговечности модели интернет-бума, основанной не на соображениях прибыльности, а на спекулятивных ожиданиях роста курса акций. Также не требовалось гениальности для того, чтобы предвидеть последовавшее за взлетом падение, но предугадать точную дату этого падения было гораздо сложнее. Летом 1999 года я был убежден в том, что надвигается крах интернета. Однако после кратковременного падения курсы акций интернет-компаний вновь восстановились, в отдельных случаях взлетев на невиданную ранее высоту. Институты, для которых относительные показатели значили все, чувствовали себя обязанными наращивать интернет-активы. Курс акций Yahoo после включения компании в индекс S&P500 за день подскочил на 30 процентов. Люди, подобно мне выставившие на продажу интернет-акции по низкой цене в ожидании неизбежного краха, затем были вынуждены выкупать их, неся огромные потери. Я продолжал верить в то, что крах вот-вот наступит, но не мог позволить упорствовать в такой уверенности.