35

Трамп и возрождение свободной прессы

НЬЮ-ЙОРК – Администрация президент США Дональда Трампа шокировала ведущие издания своим давлением на СМИ и беззастенчивым использованием «альтернативных фактов» (известных также как ложь). Однако вызов, брошенный Трампом сложившемуся статус-кво в СМИ, может быть, не так уж и плох: у журналистов теперь есть шанс избавиться от дурной привычки потакать тем, кто находится у власти.

Стивен Бэннон, главный стратег Трампа, недавно многих потряс своим заявлением газете New York Times о том, что СМИ являются «оппозиционной партией». Наверное, Бэннон хотел дезориентировать собеседников, но ненароком напомнил им о той роли противника, для которой они собственно и предназначены. В здоровой демократической стране пресса помогает гражданам контролировать правительство, энергично задавая неудобные вопросы по поводу его политики и поведения.

К сожалению, прошли десятки лет с тех пор, когда в Америке были такие СМИ. Пресса теперь привыкла к тому, что президентские администрации кормят их информацией с ложечки. Новостные издания в США сделали своим главным приоритетом доступ в коридоры власти, даже если этот доступ предоставляется на определённых условиях – отказ от неудобных вопросов и удовлетворение уклончивыми ответами.

Такая «журналистика доступа» приводит к тому, что руководство редакций начинает идентифицировать себя с политической элитой; в этом случае её главным назначением становится разъяснение публике идей правительства. На фоне сокращения бюджетов СМИ освещение политики превратилось в бесконечный повтор заявлений политиков и их суррогатов – почти как на специализированных спортивных каналах, освещающих футбольный сезон.

В течение последних десятилетий даже те СМИ, которые стремятся быть дотошными к фактам, стали ограничивать себя узким спектром тем, а это, как правило, оказывалось на руку политическому истеблишменту. Интересуясь только точкой зрения элиты, ведущие СМИ поначалу были огорошены тем фактом, что многие американцы, которые в 2008 и 2012 годах голосовали за Барака Обаму, в 2016-м или остались дома, или проголосовали за Трампа.

Ни одно другое бедствие не показало опасности слишком тесной связи прессы с властью, как вторжение в Ирак – катастрофический просчёт, чьи ужасные побочные следствия до сих пор терзают Ближний Восток и Европу. Накануне вторжения администрация Джорджа Буша неустанно обихаживала журналистов ведущих либеральных и консервативных изданий, которые затем помогли ей заручиться общественной поддержкой, распространяя информацию (оказавшуюся затем ложной) об оружии массового поражения.

Единственным крупным СМИ в США, которое постоянно публиковала скептические статьи по поводу аргументов в пользу войны, была группа Knight Ridder (купленная затем компанией McClatchy). Как объясняли позднее репортёры Уоррен Стробел и Джонатан Лэндей, их новостная служба считалась не очень влиятельной и поэтому не получала доступа к верхушке власти; из-за этого им приходилось полагаться на источники в разведывательном сообществе, которые прямо указывали на ошибки в заявлениях администрации Буша. Правдивые журналистские сообщения появляются тогда, когда нет необходимости заботиться о сохранении «доступа наверх».

Администрация Трампа уже закрывает двери перед ключевыми СМИ, наиболее ярким примером является телеканал CNN. Люди, которые отвечают у Трампа за СМИ, наверное, надеются, что смогут требовать от них повиновения в качестве условия возобновления доступа. Но такой подход может дать свободу отверженной прессе. Потеряв прямой доступ к ключевым чиновникам, они смогут жёстко сконцентрироваться на ответственности администрации перед обществом.

На этом пути СМИ придётся переосмыслить устоявшиеся редакционные модели. Главный редактор агентства Reuters Стив Адлер недавно призвал коллег освещать работу администрации Трампа так, как они освещают работу авторитарных правительств за рубежом. «Забудьте о пресс-релизах и меньше тревожьтесь о наличии официального доступа, – написал Адлер в письме сотрудникам Reuters. – В любом случае они никогда не были такими уж ценными. У нас великолепное освещение событий в Иране, хотя у нас там фактически нет никакого официального доступа. Зато у нас есть источники».

Трамп надеется поставить под контроль национальный дискурс; и ему можно не бояться, что своей лживостью он распугает своих сторонников: они уже и так уверены в том, что «либеральные» СМИ не любят ни их самих, ни президента, которого они избрали. Нужно похвалить New York Times за то, что газета называет явно лживые заявления администрации ложью, но нам следует обратить внимание и на те важные, но невыученные уроки ужасного поведения Times накануне войны в Ираке.

То, что газета поверила на слово администрации Буша по поводу оружия массового поражения (позднее Times извинилась за это), было только частью провальной роли СМИ в этой катастрофе. Новостные издания не просто позволили администрации воспользоваться сомнительными фактами для оправдания вторжения. Они позволили властям придать этим фактам несоответствующее им значение, не задавая при этом никаких вопросов.

Стоит напомнить, что Германия и Франция соглашались с фактами, содержавшимися в заявлениях администрации Буша по поводу иракского оружия, однако они активно выступали против вторжения, потому что считали, что его последствия создадут больше опасностей, чем любые действия Саддама Хусейна. И они оказались правы. Даже если бы американские войска нашли в Ираке запасы химического и биологического оружия, суд истории над этой войной были бы ничуть не менее суров.

Ремарка Бэннона по поводу «оппозиции» служит напоминанием об этих недавних событиях. Для защиты американской демократии от угрозы авторитарного популизма СМИ не должны прекращать энергично оспаривать «альтернативные факты» Трампа. Им следует рассказывать другую историю, основанную на наблюдениях, расследованиях и критической оценке заявлений как республиканцев, так и демократов, находящихся у власти.

Как показали события 2016 года, реальная история часто разыгрывается в тех местах, которым СМИ не уделяют никакого внимания. Адлер поручил своим сотрудникам «ездить в глубинку, узнавать, как живут люди, что они думают, что им помогает, что вредит, как в их – а не в наших – глазах выглядит правительство и его действия». Журналистам не следует бояться быть не на стороне власти. Более того, именно там они и должны быть.