Двое похорон и наша свобода.

МОСКВА – Недавно я вспоминала моего прадеда, Никиту Хрущева. Кажется, что сначала мои воспоминания вызвала 50-ая годовщина так называемых “кухонных дебатов” с Ричардом Никсоном. Но похороны на прошлой неделе в Будапеште генерала Белы Кирай, который командовал борцами за свободу Венгерской Революции в 1956, и похоронами этой недели в Варшаве философа Лешека Колаковски, разрыв которого со сталинизмом в том году вдохновил множество интеллектуалов (в Польше и повсеместно) оставить коммунизм, заставили меня пересмотреть наследство своего деда.

Год 1956 был лучшим и худшим временем для Хрущева. Его “секретная речь”, в том году обличила масштаб и серьезность преступлений Сталина. Скоро, ГУЛАГ был фактически освобожден; политическая оттепель началась, поощряя ростки свободы, которые невозможно было удерживать. В Польше и Венгрии, в частности, подпольные организации требовали дальнейших изменений.

У Венгрии была своя короткая и великолепная революция. Та первая война среди социалистических государств разрушила миф о неприкосновенных "братских" связей между Советским Союзом и порабощенными народами Восточной Европы. Но Хрущев никогда не предполагал распад Советской империи как часть процесса оттепели, поэтому Красная армия вторглась в Венгрию – в масштабе, большем чем масштабы вторжения  "Дня Д" Союзников в Европу в 1944.

To continue reading, please log in or enter your email address.

Registration is quick and easy and requires only your email address. If you already have an account with us, please log in. Or subscribe now for unlimited access.

required

Log in

http://prosyn.org/EHKDPIW/ru;