dr2641.jpg

Двое похорон и наша свобода.

МОСКВА – Недавно я вспоминала моего прадеда, Никиту Хрущева. Кажется, что сначала мои воспоминания вызвала 50-ая годовщина так называемых “кухонных дебатов” с Ричардом Никсоном. Но похороны на прошлой неделе в Будапеште генерала Белы Кирай, который командовал борцами за свободу Венгерской Революции в 1956, и похоронами этой недели в Варшаве философа Лешека Колаковски, разрыв которого со сталинизмом в том году вдохновил множество интеллектуалов (в Польше и повсеместно) оставить коммунизм, заставили меня пересмотреть наследство своего деда.

Год 1956 был лучшим и худшим временем для Хрущева. Его “секретная речь”, в том году обличила масштаб и серьезность преступлений Сталина. Скоро, ГУЛАГ был фактически освобожден; политическая оттепель началась, поощряя ростки свободы, которые невозможно было удерживать. В Польше и Венгрии, в частности, подпольные организации требовали дальнейших изменений.

У Венгрии была своя короткая и великолепная революция. Та первая война среди социалистических государств разрушила миф о неприкосновенных "братских" связей между Советским Союзом и порабощенными народами Восточной Европы. Но Хрущев никогда не предполагал распад Советской империи как часть процесса оттепели, поэтому Красная армия вторглась в Венгрию – в масштабе, большем чем масштабы вторжения  "Дня Д" Союзников в Европу в 1944.

To continue reading, register now.

As a registered user, you can enjoy more PS content every month – for free.

Register

or

Subscribe now for unlimited access to everything PS has to offer.

https://prosyn.org/EHKDPIWru