6

Турецкие перемены и дефицит свободы

ДАРЕМ (США) – В 2002 году Партия справедливости и развития (ПСР) пришла к власти в Турции, пообещав дать религиозную свободу верующим мусульманам. Прошло 14 лет, и оказалось, что «свобода» – это последнее, чего можно ожидать от ПСР.

Сегодня даже сторонники ПСР должны с осторожностью взвешивать свои слова, чтобы их не восприняли как критику правительства или переход на сторону врагов. Необходимость этого стала ещё более очевидной после неудачной попытки переворота 15 июля с целью свергнуть правительство президента Реджепа Тайипа Эрдогана. Уничтожение любых свидетельств связи с недругами ПСР является теперь вопросом самосохранения; особенно если это связи с Фетхуллахом Гюленом, имамом-затворником, проживающим в Пенсильвании и обвиняемом правительством Турции в подготовке путча.

Разумеется, правительство Эрдогана стало далеко не первым в истории страны, кто заставляет турецких граждан скрывать свои предпочтения и убеждения. При светских правительствах Турции, начиная с 1920-х годов и до 1950-го (а в каком-то смысле и вплоть до 2002 года), верующие турки, стремившиеся сделать карьеру в правительстве, армии и даже в торговле должны были поменьше афишировать свою религиозность и избегать публичного одобрения политических исламских движений.

Лидеры трёх исламистских партий, которые предшествовали ПСР, возмущались этими ограничениями религиозных чувств. Они считали, что светский режим во французском стиле извращает турецкую культуру. Хотя они были осторожны и не оспаривали открыто конституцию страны, в 1971-2001 годах их деятельность была постепенно запрещена как представляющая угрозу светскому государству. В 1999 году сам Эрдоган оказался в тюрьме за цитирование стихов, расценённых как подстрекательство к религиозному насилию. В том же году Гюлен, спасаясь от следствия по делу о пропаганде в пользу исламизации государства, переехал в США.