13

Трамп и его политика войны в Сирии

ЛОНДОН – Очевидно, что ещё не сказано последнее слово по поводу химической атаки 4 апреля на город Хан-Шейхун в сирийской провинции Идлиб, после которой 85 человек погибли, а 555 человек, по предварительным оценкам, были ранены. Но следует подчеркнуть три важных момента, касающихся ответственности за эту атаку, американского военного ответа на неё, а также влияния данного события на ход гражданской войны в Сирии.

Во-первых, все правительства лгут. Это не врождённое качество, тем не менее, они лгут, когда им это удобно и когда они считают, что ложь сойдёт им с рук. На базе этого понимания и следует заниматься установлением истины о случившемся. Начать надо с того, что демократические правительства лгут реже, чем авторитарные режимы, поскольку у них меньше шансов уйти от наказания за свою ложь. Поэтому слова президента России Владимира Путина являются предпочтительней слов президента Сирии Башара Асада, а президента США Дональда Трампа – предпочтительней слов Путина.

По словам Асада, это массовое убийство было «сфабриковано». Путин же, напротив, признаёт факт массового убийства, однако он заявляет, что запасы химического оружия находились на территории, удерживаемой повстанцами, и что газ был распылён либо преднамеренно, для дискредитации режима, либо случайно, во время бомбардировки города правительством. Наконец, администрация Трампа говорит об убедительных доказательствах, что эта атака была спланирована и проведена правительством Асада. Все три стороны призывают к «объективному» расследованию обстоятельств, связанных с этим «событием», но не согласны по вопросу о том, что именно надо считать «объективностью».

Доказательства Трампа не были обнародованы, однако я склонен считать, что атака зарином, скорее всего, была, и она была осуществлена по приказу режима Асада. Однако здесь есть место для сомнений. Если предположить, что Асад не до конца иррационален, он должен был понимать, что его сравнительно незначительный военный выигрыш от газовой атаки на небольшую часть повстанцев (и к тому же на гражданских лиц) сильно перевешивался вероятным влиянием атаки на международное мнение, а также недовольством российских союзников и угрозой спровоцировать ответ США. Более того, для оправдания вторжения в Ирак в 2003 году США (и Великобритания) тоже использовали «убедительные» доказательства того, что у Саддама Хусейна есть оружие массового поражения, но они оказались затем фальшивкой. Наконец, под предлогом борьбы за безопасность у демократических правительств возросла способность уклоняться от ответственности за ложь.