14

Трамп и его теория хаоса в госуправлении

ВАРШАВА – За пару недель, прошедших после инаугурации Трампа в качестве президента США, стало ясно, что он намерен полностью свернуть прогрессивно-эгалитарную повестку, которая обычно ассоциируется со словом «политкорректность». Причём не только в США, но и во всё мире. Стивен Бэннон, «маэстро Свенгали» в Белом доме Трампа и бывший глава ультраправого издания Breitbart News, давно продвигает этот идеологический проект, и теперь мы знаем: всё, что он или Трамп говорят, надо понимать всерьёз и буквально.

Переходный период Трампа поначалу был обнадёживающим, он номинировал множество несомненно серьёзных (и всерьёз богатых) кандидатов в свой кабинет. Но после инаугурации, когда Трамп и Бэннон по-настоящему приступили к реализации своего проекта, разверзся ад.

Сначала Трамп назначил Бэннона в высший орган Совета национальной безопасности – в его комитет руководителей ведомств. Затем он номинировал Теда Маллока, малоизвестного профессора, изучающего бизнес в английском Университете Рединга, послом США в Евросоюзе. Маллок недавно заявил о своём желании «шортить евро» и предсказал, что эта валюта не проживёт более 18 месяцев. Трамп также увеличил шансы торговой войны с Мексикой и оказался готов к конфронтации с крупнейшими корпорациями США из-за своего указа, запрещающего въезд в США гражданам семи стран с мусульманским большинством.

Идеологический проект, который Трамп и Бэннон будут стремиться воплотить в жизнь, может иметь далекоидущие геополитические и экономические последствия, которые должны тревожить не только прогрессистов, но и таких непоколебимых консерваторов, как я. Для того чтобы понять, насколько далеко они готовы зайти, надо понимать их конечные цели.

Больше всего беспокоит то, что программа Трампа и Беннона, похоже, предполагает проведение политики ослабления, дестабилизации, а в конечном итоге даже развала ЕС. Ни одним другим мотивом, кроме идеологии, нельзя объяснить открытую враждебность Трампа этому союзу, его странное дипломатическое назначение, а также его знаменитый вопрос председателю ЕС Дональду Туску: «Какая страна выйдет следующей?».

С точки зрения традиционной геополитики, ЕС является практически бесплатным усилителем американской политической и военной мощи. Благодаря значительному военному превосходству НАТО, а также благодаря Евросоюзу в качестве барьера на пути российской экспансии, США могут избегать ввязывания в «горячую войну» с Россией. В то же время, Евросоюз (наряду с Японией) является зависимым экономическим и военным союзником США, и эта дружба позволяет Америке говорить от лица «международного сообщества».

Ни при каких обстоятельствах развал западного международного порядка не может отвечать национальным интересам Америки, даже если смотреть на него сквозь призму национализма. Администрация, действительно следующая принципу «Америка на первом месте», могла бы справедливо требовать от союзников выполнять свои обязательства в рамках НАТО и поддерживать американскую внешнюю политику в неевропейских вопросах. Но она бы никогда не стала без всякого повода разрушать систему, которая, по сути, является бесплатным мультипликатором мощи США, но именно к этому может привести внешняя политика Трампа.

Если я прав относительно идеологической повести Трампа и Бэннона, мы можем ожидать, что они будут поддерживать лидера ультраправого Национального фронта Марин Ле Пен на президентских выборах во Франции в этом году и будут призывать к «жёсткому Брекситу» для Великобритании (впрочем, лишь для того, чтобы потом бросить эту страну в беде). Трамп, возможно, отменит санкции, введённые США против России после аннексии Крыма в 2014 году. В конце концов, президент России Владимир Путин и Бэннон – это идеологические близнецы.

Кроме того, мы не должны придавать большого значения любым гарантиям безопасности, которые министр обороны Джеймс Мэттис мог предлагать Южной Корее и Японии во время своей поездки по Дальнему Востоку. Эти слова стоят не больше, чем обещание, данное Трампом польскому президенту Анджею Дуде: «Польша может рассчитывать на Америку».

Внутри страны американцам следует приготовиться наблюдать за тем, как администрация увольняет чиновников, не согласных с её программой, а также отказывается уважать судебные решения, которые ограничивают её действия. Более того, мы уже увидели первые признаки этого явления: появились жалобы на сотрудников иммиграционной службы в Нью-Йорке, которые проигнорировали временную приостановку федеральным судьей запрета на въезд, введённого указом Трампа.

У бизнеса перспективы столь же отрезвляющие. Рано или поздно дестабилизирующая внешняя политика Трампа вызовет глобальную экономическую турбуленцию, состояние неопределённости, а также снижение уровня инвестиций, и всё это даже без полномасштабных торговых войн. Внутри страны спровоцированное Трампом ослабление принципов верховенства закона сведёт на нет любые потенциальные экономические выгоды от снижения налогов и дерегулирования.

Реализация этого проекта является, конечно, опасной стратегией для Трампа. Добившись столь сильной поляризации американского общества, Трамп и Республиканская партия могут потерпеть поражение на промежуточных выборах 2018 года и на президентских выборах 2020 года. Или даже он может быть подвергнут импичменту.

Есть два вероятных объяснения, почему Трамп готов принять на себя эти риски. Во-первых, раскалывание общества до сих пор шло ему на пользу, этот подход помог ему добиться номинации от Республиканской партии, а затем президентской власти в США. А политикам свойственно продолжать использовать то, что работает (пока не сломается).

Второе объяснение: всей политикой заправляет Бэннон, а он больше заинтересован в создании постоянного популистского «движения», чем в переизбрании Трампа. Если Бэннон действительно хочет преобразить американский политический ландшафт, тогда Трамп, подвергнутый импичменту или проигравший выборы, мог бы стать для его движения идеальным мучеником.

Всё это, возможно, не сулит ничего хорошего для самого Трампа. Но в этом сценарии судьба Трампа не будет иметь большого значения для Бэннона, стремящегося достичь целей, которые разительно изменят положение Америки и мира, по сравнению с тем положением, в котором они достались ему и его предполагаемому боссу.