11

Трамп и Ближневосточный котлован

ДЕНВЕР – Одной из отличительных черт перехода президентской власти в Соединенных Штатах является всеобъемлющий обзор политики, направленный на определение какие политики сохранить, а какие устранить или изменить. По мере того как, избранный президентом, Дональд Трамп движется в направлении вступления в должность, он, кажется, стремится сделать множество изменений – некоторые более позитивные, чем другие.

Некоторым политикам США, похоже, даже не суждено заявить о себе вслух. Судьба Транс-Тихоокеанского торгового соглашения партнерства 12-стран, похоже, уже была решена Трампом, заверившим общественность в том, что он отложит эту сделку – заключенную, но не ратифицированную сенатом США – в свой первый день в офисе. Это печально, так как ТТП в корне бы изменило право интеллектуальной собственности и повысило бы прозрачность до беспрецедентного уровня, при одновременном снижении тарифных и нетарифных барьеров. Но кажется маловероятным, что Трамп изменит свою политику.

 1972 Hoover Dam

Trump and the End of the West?

As the US president-elect fills his administration, the direction of American policy is coming into focus. Project Syndicate contributors interpret what’s on the horizon.

Однако, в другой крайне важной области политики, изменения будущей администрации Трампа будут приветствоваться: Ближний Восток. Поэтапный подход к региону, принятый двумя последними администрациями, под руководством Джорджа Буша и Барака Обамы, привел к тому, что США не в состоянии идти в ногу с происходящими событиями.

В частности, администрация Обамы, часто колебалась расширить свою роль, предупреждая момент, когда США не будут втянуты в регион, который, перефразируя реплику Уинстона Черчилля о Балканах, произвел больше истории, чем потребил. Тем не менее, Обама понял ценность поддержания последовательной позиции в Ираке – которую часто не признают его критики.

Правда состоит в том, что Буш был тем, кто, погрузив США в войну в Афганистане и Ираке, в 2008 году подписал Соглашение о статусе сил, которое отвело три года на то, чтобы вывести все Американские войска с территории Ирака. И Иракские политики не согласились бы отложить этот срок, на условиях, которые могли бы быть обоснованы Американскому народу. Можно только представить реакцию Конгресса США, включая тех, кто хотел сохранить американские войска в Ираке столько, сколько они были в Германии или Японии, если бы администрация Обамы согласилась с Иракскими требованиями, чтобы американские войска попали под Иракскую судебную систему.

Все это оставило администрации Обамы небольшой выбор, вывести американские войска и взять на себя связанную с этим вину. Действительно, как только был завершен вывод войск, борьба в регионе только обострилась, погружая в конфликт все большие территории.

Трамп и его команда теперь должны тщательно обдумать, что произошло на Ближнем Востоке, и что с этим делать. Это потребует не только исследования проблем в масштабах всего региона, таких как суннитский радикализм, но и тщательного рассмотрения двусторонней политики.

Начнем с продолжающегося экспорта Суннитского радикализма с Аравийского полуострова, сложный вопрос, который включает в себя Саудовскую Аравию и другие страны Персидского залива. Несмотря на то, что экстремистские группы, традиционно получали финансирование от Полуострова, это неразумная политика просто обвинять Саудовцев во взращивании всего плохого на Ближнем Востоке, и соответствующим образом их за это наказать. В то время как, сегодня США обладают большей энергетической самодостаточностью, благодаря сланцевой нефти и газу, это не соответствует действительности у их союзников в Европе. Будет ли более жесткая позиция по отношению к Саудовской Аравии действительно в интересах Америки?

Также неразумно винить шиитов - которые, во многих отношениях, жертвы – за натиск Суннитского радикализма. Здравомыслящий Иракский лидер, Нури аль-Малики, который выиграл три срока в качестве премьер-министра, возможно, был не очень расположен к Суннитам страны, но это лишь одна из причин, почему Суннитский радикализм сохраняется в Ираке. Другая причина в том, что некоторые элементы Суннитского меньшинства Ирака отказались принять свой статус, как единственные Сунниты на Арабском Ближнем Востоке, жить под Шиитским большинством.

Затем есть Сирия, сегодня основная горячая точка сложной социально-политической динамики региона. Гражданская война, это не только вопрос безжалостного диктатора, подавляющего стремление демократической настроенной оппозиции. Скорее всего, это многосторонний конфликт, в котором выявление “хороших парней” является нелегкой задачей.

Исламское государство (ИГИЛ) безусловно является врагом номер один, и Трамп уже признал его таковым. Но искоренение ИГИЛ не только из Мосула, но из всего мира, потребует вдумчивого, тонкого и дифференцированного подхода. Формирующаяся команда Трампа по национальной безопасности, кажется этого не понимает.

Более того, одержать победу над ИГИЛ, это только первый шаг. Администрация Трампа также будет иметь дело с внешними игроками, вовлеченными в Сирию. Например, ей будет необходимо разработать эффективную политику в отношении Турции, участника НАТО с серьезными интересами в Сирии - интересы которого, порой, вступают в конфликт с Америкой. В то время, когда турецкая демократия колеблется, а ее лидеры в меньшей степени заинтересованы в Евроатлантизме, чем в восстановлении вековых претензий на Ближнем Востоке, США вновь будет необходимо принять дипломатичный подход.

Затем следует Иран. Будет ли отход от ядерного соглашения с Ираном, как того требуют многие сторонники новой администрации США, способствовать ослаблению кризиса на Ближнем Востоке? Иран не может предложить многого на пути решения проблемы; но, если США откажутся, страна может легко усугубить беспорядки в регионе.

Fake news or real views Learn More

Если этого все еще недостаточно, США также будет необходимо пересмотреть свою политику в отношении Египта, который до недавнего времени, часто вносил существенный вклад в дипломатические усилия в регионе. Большая часть безопасности Израиля опирается на Египет, который поддерживает мирный процесс с Палестиной. Каким бы безнадежным не выглядел процесс, еще есть простор для дальнейшего ухудшения.

Администрация Трампа нередко подчеркивала свои планы заняться собственными проблемами, уделяя основное внимание внутренней политике и ставя Америку на первое место во внешней политике. Но Трампу не удастся избежать сыграть свою роль на Ближнем Востоке. Хотелось бы надеяться, что она будет конструктивной.