sheng102_Chip SomodevillaGetty Images_trumpangry Chip Somodevilla/Getty Images

Американский бардак

ГОНКОНГ – Новая книга бывшего советника по национальной безопасности США Джона Болтона «Комната, где всё произошло» рекламируется как «наиболее полный и содержательный рассказ» об администрации президента Дональда Трампа. И действительно, она быстро стала важнейшим источником для всех, кто пытается понять Трампа. Но, несмотря на сочные откровения Болтона по поводу методов ведения Трампом внешней политики (его администрация безуспешно пыталась не допустить эти откровения до полок книжных магазинов), эта книга не даёт ответа на фундаментальный вопрос, стоящий сегодня перед США: является ли нынешний бардак во внешней политике страны виной Трампа или результатом каких-то более глубоких и структурных причин?

Нет сомнений в том, что в качестве руководителя Трампа весьма проблематичен и даже опасен. Болтон, давний вашингтонский инсайдер, полагал, что его обязанностью на посту советника по национальной безопасности станет объяснение президенту, «какие именно варианты у него имеются по любому конкретному решению», а затем контроль за выполнением принятого решения «соответствующей бюрократией».

Но Трамп не был заинтересован в методичных расчётах политических приоритетов и компромиссов. И он не был особенно заинтересован в реализации выбранной политики. Задача навигации между различными повестками, интересами и эгоистичными субъектами сложной бюрократической машины Америки (включая Госдепартамент, Пентагон, казначейство и разведывательные агентства) едва ли находится у него на радаре.

Болтон утверждает, что для Трампа имело значение лишь его собственное эго (неразрывно связанное с целью переизбраться); вплоть до того, что он был готов заключать опрометчивые, по мнению Болтона, сделки с другими странами, просто чтобы объявить о своей победе. В итоге, пишет Болтон, он больше не смог это терпеть и уволился. (Трамп до сих пор уверяет, что это он уволил Болтона).

Импульсивные, нацеленные на заключение сиюминутных сделок подходы Трампа к внешней политике привели к тому, что он хвалит диктаторов, выходит из многосторонних соглашений, а также публикует твиты с дикими угрозами каждый раз, когда он чувствует себя загнанным в угол. Всё это вызвало серьёзное замешательство как у союзников, так и у противников США (не говоря уже о руководителях и чиновниках самой Америки). Неудивительно, что это сильно ослабило позиции США на мировой арене.

Впрочем, глобальные позиции Америки начали слабеть задолго до появления Трампа. Её позиция супердержавы опирается на экономическое влияние, технологическое совершенство, финансовое доминирование и военную мощь. Но заинтересованность Америки в глобальном лидерстве, а также применяемые ею подходы к этому лидерству всегда определялись её самовосприятием как морального авторитета, несущего универсальные ценности, которые остальные страны должны принимать как свои собственные.

Subscribe to Project Syndicate
Bundle2020_web_beyondthetechlash

Subscribe to Project Syndicate

Enjoy unlimited access to the ideas and opinions of the world's leading thinkers, including weekly long reads, book reviews, and interviews; The Year Ahead annual print magazine; the complete PS archive; and more – all for less than $2 a week.

Subscribe Now

Проблема (на неё указывал геостратег Джордж Фридман) в том, что «большинство стран не признают моральные стандарты Америки». Это, несомненно, относится к Китаю, у которого имеется собственный набор ценностей и приоритетов. Подобная дивергенция серьёзно способствовала формированию в США вывода, что Китай является главным стратегическим соперником страны.

Данная идея пользуется широкой поддержкой в США, в том числе обеими партиями страны. Более того, демократический предшественник Трампа, Барак Обама, тоже старался переключить стратегическое внимание Америки на контроль за подъёмом Китая (хотя и намного менее воинственно, чем Трамп), однако ему помешали это сделать постоянные беспорядки на Ближнем Востоке.

Как отмечаетРичард Хаасс, для президентства Трампа характерны не столько разногласия по вопросам о том, надо ли совершать разворот к Тихому океану, надо выбираться из ближневосточной трясины, и надо ли пересматривать отношения с Россией, сколько по поводу того, как именно всё это надо делать. Тем не менее, сеющий раздоры, антагонистический стиль Трампа совершенно исключил возможность достижения какого-либо консенсуса, особенно в отношении Китая. В итоге возникло автоматическое отрицание всего китайского.

Выйти из этой трудной ситуации будет непросто. Глобальные позиции Америки опираются на её сильную экономику. Но из-за пандемии Covid-19 уже около 40 млн американцев подали заявки на пособие по безработице, а Федеральный резерв прогнозирует, что многие из них будут оставаться без работы на протяжении длительного времени. Ситуация усугубляется тем, что давние социальные противоречия достигли точки кипения; проявлением этого стали массовые протесты против системного расизма и полицейского насилия.

Американцы и их лидеры всё сильнее фиксируются на внутренних проблемах. В результате, как отмечает Хаасс, «многое из того, что происходит в мире и требует американского внимания, остаётся без этого внимания».

Например, если пандемия Covid-19 продолжится хотя бы в одной стране, тогда те страны, которые искоренили вирус, будут страдать от новых волн инфекции. Между тем, Америка не сумела справиться с этим кризисом даже внутри страны: уже умерли более 120 тысяч американцев, а число заражённых продолжает расти, причём ежедневно более чем на 25 тысяч человек.

США не могут вернуть себе позицию глобального лидера-гегемона, которую они занимали в прошлом, и они не должны пытаться это сделать. Мир переходит к многополярному порядку, в котором, как объясняетДжозеф Най из Гарварда, власть распределяется между множеством национальных государств, транснациональных корпораций, негосударственных структур и различных сообществ (формируемых по расовым, гендерным, религиозным или культурным признакам). Между тем, существующие проблемы становятся более глобальными по своей природе, и пандемия является наилучшим свидетельством этого.

Рациональной реакцией Америки стало бы лидерство в совместных усилиях по решению общих проблем, включая грядущую рецессию, радикальные технологические перемены, изменение климата. А чтобы эти усилия сработали, в них должны принимать участие все заинтересованные стороны, включая соперников США, таких как Китай, Россия и Иран.

Трамп доказал, что он какой угодно, но только не рациональный. Однако давнишние и свойственные обеим партиям претензии на моральную исключительность, восприятие Китая как стратегического соперника, нарастание внутренних проблем, отсутствие политической ясности – всё это позволяет сделать вывод, что, даже если Трамп проиграет на ноябрьских выборах, мы не скоро увидим, как США возглавят международное сотрудничество, в котором нуждается мир.

По крайней мере, именно такой сигнал услышали в Китае. Подобно США, которые опасаются иностранного вмешательства в американские выборы, Китай, считающий ключевым для своего развития внутреннюю стабильность и национальную безопасность, опасается иностранного вмешательства в свои внутренние дела. В таких условиях американо-китайское соперничество, вероятно, не ослабнет в обозримом будущем.

Тем не менее, как ясно демонстрирует книга Болтона, Трамп остаётся уникально плохо подходящим для того, чтобы быть национальным (и уж тем более глобальным) руководителем. Сейчас, когда Америка приближается к очередным президентским выборам, избирателям стоит вспомнить знаменитое изречение президента Дуайта Эйзенхауэра: «только сами американцы способны навредить Америке». Ни одна держава, даже Китай и Россия, не в состоянии победить Америку в экономическом, технологическом или военном плане. Но переизбрав Трампа, американцы смогут серьёзно навредить собственным интересам и отправить мир в гораздо более мрачное будущее.

https://prosyn.org/i1NRKI4ru