Если бы Трамп правил Венецией

САН-ХОСЕ, КАЛИФОРНИЯ – Марко Поло, известный венецианский торговец тринадцатого века, был одним из первых европейцев, торгующих с Китаем. Теперь представьте, что через некоторое время венецианское государство обеспокоилось тем, что Поло покупает слишком много шелка и специй из Китая, чтобы выгодно перепродавать их в Европе. Власти беспокоило то, что “торговый дефицит”, который он создавал истощил бы золотой запас в Венеции, создавая рабочие места для китайцев, а не для венецианцев.

В этой воображаемой истории, Венеция собирает совет экспертов, чтобы решить, если риски, связанные с торговым дефицитом, заслуживают ответных мер в виде пошлин, квот или даже в виде потенциального запрета на торговлю с Китаем. Как результат обсуждения советом, возникают две конкурирующие теории.

Первая группа – “меркантилисты” – утверждают, что именно государство должно максимизировать золотые запасы и защищать занятость населения в отечественном производстве, устанавливая тарифы, ограничивая использование золота для импорта и заставляя Китай покупать такое же количество товаров у Венеции, равного тому что покупается у Китая. Если Китай откажется это делать, закупки Поло придется ограничить.

Вторая группа, возглавляемая Адамо Фаббро, придерживается аргумента невмешательства, что государство должно избегать вмешательства в рынки. Покупая товары из Китая, Поло продвигал экономическое благополучие в Венеции: потребители извлекали выгоду из товаров, которые они не могли приобрести внутри страны – по крайней мере, не по такой низкой стоимости – а торговцы получали прибыль за счет повторной продажи китайского импорта с наценкой. В то время как производственные рабочие места могли быть потеряны, увеличились бы рабочие места в розничной торговле, а расходы – не только на китайские товары, но и на местные продукты и инвестиции – выросли.

Что касается истощения золотых запасов Венеции, Фаббро предлагает гениальное решение: бумажную валюту, венецианский доллар (V$), который другие страны могут быть вынуждены принять, поскольку Венеция является мировой торговой державой. Китай не получит больше венецианского золота, и он мог бы использовать V$ для покупки товаров из Венеции, тем самым увеличивая местное производство. Чтобы сохранить ценность и, следовательно, доверие к V$, Фаббро предлагает создать центральный банк для управления денежной массой, тем самым предотвращая чрезмерную инфляцию.

Венецианские лидеры убеждены. Они внедряют рекомендации Фаббро, и, как он и предсказал, Венеция становится ведущей мировой державой, благодаря бурному развитию торговли, быстрому экономическому росту и обширному процветанию - все это благодаря свободным рынкам.

Subscribe now

Exclusive explainers, thematic deep dives, interviews with world leaders, and our Year Ahead magazine. Choose an On Point experience that’s right for you.

Learn More

Один крупный венецианский торговец, Волмартиус, каждый год покупает китайские товары на сумму V$50 млрд. для получения прибыли от перепродажи на местах, что способствует созданию тысяч локальных рабочих мест розничной торговли и снижению затрат для венецианских потребителей. Другой торговец Апплеос разрабатывает высокотехнологичные товары в Венеции и производит их в Китае, что позволяет компании достичь рыночной оценки в V$1 трлн.

Торговые дефициты раздуваются, но Венеции это ничего не стоит, потому что они деноминированы в собственной валюте Венеции, в обмен на которую другие страны свободно предоставляют товары. На самом деле, в течение долгого времени вся международная торговля ведется в V$, который общепризнан как замена золота.

Благодаря надежному предотвращению обесценивания V$ со стороны венецианского центрального банка, уверенность в валюте продолжает расти, создавая благотворный цикл. Вскоре, каждая страна в мире приобретает облигации V$ для хранения своих валютных резервов, тем самым эффективно финансируя большие бюджетные дефициты Венеции. Все это позволяет Венеции финансировать крупные общественные программы и поддерживать крупнейшую в мире военную силу, углубляя свое международное влияние, поскольку она является лидером в обеспечении соблюдения правил глобальной торговли и обеспечения морских путей.

Это благоприятное положение дел продолжается уже несколько столетий. Несмотря на то, что рабочие места с более низкой добавленной стоимостью в таких секторах, как обрабатывающая промышленность смещаются в Китай, где затраты на рабочую силу ниже - рабочие места в секторах с более низкой добавленной стоимостью, такие как технология, финансы, средства массовой информации и розничная торговля - процветают. Венеция остается крупнейшей в мире экономикой и ведущей торговой державой, наслаждаясь стабильным положением на мировом рынке.

Иногда в истории можно определить точный момент, когда всё разворачивается к худшему. В этой истории, этот момент приходит с появлением Доналдо Трумпи, как правителя Венеции.

Трумпи мало разбирается в экономике. Он больше артист, чем политик, жаждущий выиграть голоса любым возможным способом. Он видит, что подгруппа венецианцев расстроена из-за потери производственных рабочих мест – ей не хватало навыков или гибкости для перехода на сектор с более высокой добавленной стоимостью, и он это использует в полной мере. Он сравнивает торговый дефицит с экономическими потерями – практически с кражей – и объявляет Китай врагом.

Некоторые советники Трумпи пытаются ему объяснить, как работает торговый дефицит в экономике, которая чрезвычайно выигрывает от наличия мировой резервной валюты. Они ему говорят, что борьба с торговым дефицитом, может поставить под угрозу статус резервной валюты V$. Более того, венецианский дефицит составляет всего 3,4% от массивного ВВП Венеции. Они объясняют, что возвращение к меркантилизму может подтолкнуть других к тому же, возможно, путем создания альтернативной резервной валюты посредством глобального института. Но тогда торговый дефицит Венеции станет проблемой, говорят ему они. Это вынудило бы правительство сократить расходы, в том числе на вооружение, бросая экономику в рецессию и подрывая международное влияние Венеции.

Но Трумпи отказывается их слушать. Столетия спустя, после отмены меркантилизма в пользу весьма успешной политики невмешательства, он решает ее принять, навязывая тарифы торговым партнерам Венеции, начиная с Китая. И это заканчивается так, как и предполагали его советники.

Подход Трумпи подрывает глобальный экономический порядок, основанный на правилах, которые так хорошо служили миру - и Венеции. В конце концов, остальной мир возвращается к меркантилистской политике, устанавливая торговые барьеры и отказываясь использовать V$ для международной торговли. Институт, который венецианцы помогли создать и который когда-то возглавлял Международный валютный фонд, создает новую резервную валюту, основанную на конвертируемости золота. В течение последующего столетия, Венеция беспомощно наблюдает за тем, как уменьшается ее экономическая и военная мощь.

К сожалению, это воображаемое прошлое сегодня угрожает стать нашим реальным будущим. Если это произойдет, это станет серьезным поворотным моментом в мировой истории – и тем более знаменательным, потому что в отличие от большинства таких изменений, не будет никаких сомнений в том, кто виноват.

http://prosyn.org/ThB5nVX/ru;

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated cookie policy and privacy policy.