18

Четыре ясных пункта в экономике популизма

МИЛАН – Для успешной экономической глобализации необходимы достаточно успешные модели роста в отдельных странах. Такая динамика была характерна примерно для первых 30 лет после Второй мировой войны: темпы роста были сравнительно высокими в самых разных странах; выгоды этого роста широко распределялись внутри этих стран; при этом подъём развивающихся стран приводил к снижению уровня глобального неравенства. Этот период, наверное, можно назвать лучшими днями глобализации.

Конечно, глобализация продолжалась и в 1970-е годы, и далее. Но лежащие в её основе модели роста изменились. Из-за арбитражных операций на рынке труда, ставших неотъемлемым компонентом экономической глобализации, а также из-за развития революционных цифровых технологий, рабочие места в промышленности, которые в развитых странах занимал средний класс, стали исчезать, медианные доходы начали стагнировать, выросла поляризации рабочих мест и доходов, и всё это несмотря на уверенные темпы роста ВВП. Эта новая модель, сохранявшаяся в 1980-х и 1990-х и получившая ускорение после 2000 года, привела к резкому росту неравенства, ослабив фундамент глобализации.

Разные страны реагировали на это по-разному. Некоторые стали принимать меры, направленные на сокращение неравенства, в частности путём перераспределения доходов через налоговую систему, системы социальной защиты и образования, различные формы социальной поддержки и содействия эффективной профессиональной переподготовке. Действенность подобной политики обычно определяется культурными нормами, институциональной переговорной силой работников, уровнем доверия между работниками и бизнесом, степенью влияния частного и корпоративного богатства на политику.

В странах, где амортизирующие силы слабы, особенно в США и Великобритании, разница в доходах, богатстве и перспективах достигла наиболее экстремального уровня. Отсутствие какой-либо значимой реакции властей, а также явное отсутствие внимания со стороны тех, чья экономическая сила возросла, вызвали глубокое недовольство у тех, кто пострадал в наибольшей степени.