Donald Trump Scott Olson | Getty Images

Почему Трамп?

ВАШИНГТОН – Чем бы ни завершилась история с его кандидатурой (выиграет ли он номинацию в президенты от Республиканской партии или даже будет избран президентом Соединённых Штатов), американцы и весь остальной мир будут ещё долго гадать, как мог возникнуть феномен Дональда Трампа. И они этим уже занимаются.

В первую очередь, следует понимать, что американские политические партии не решают, кто будет баллотироваться в президенты США. В реальности политические партии Америки являются не более чем собранием функционеров, которые организуют процесс отбора партийного кандидата в президенты, а затем борются за победу своей партии на ноябрьских выборах.

Кандидаты в президенты являются по сути фрилансерами. Они самостоятельно принимают решение, баллотироваться им или нет, причём это решение базируется на их представлениях (и, возможно, данных опросов) о том, насколько хорошо у них получится, и смогут ли они найти необходимое финансирование.

Некоторые люди баллотируются просто из-за своего эго или из-за жадности. Шум, которым сопровождается заявка на президентство, может обеспечить даже неудачному кандидату контракт на книгу, участие в телешоу или хорошо оплачиваемую карьеру оратора (а возможно, все три опции сразу). Трамп баллотируется, опираясь на свою известность – знаменитый девелопер, чьё имя красуется на самых разных зданиях, с большим состоянием, он был звездой телевизионного «реалити-шоу», которое длительное время показывали в прайм-тайм, – а это магнит для американской поп-культуры. Трамп знал, что партийная система Америки настолько смутная, что он сам может выдвинуть свою кандидатуру в президенты, при этом партийная структура, которая могла бы его остановить, отсутствует. (По крайней мере, он на это надеется, если вдруг ему придётся отправиться на партийный съезд в Кливленде нынешним летом, так и не заручившись поддержкой достаточного числа делегатов для гарантированной номинации).

Трамп хорошо чувствует дух времени (zeitgeist). Он подыгрывает недовольному рабочему классу – тем, кто остался позади в процессе перехода от индустриальной экономики к информационной. Эта группа больше всех пострадала от торговых соглашений, подобных Северо-Американскому соглашению о свободной торговле (НАФТА), которое стимулировало американские компании перенести свои заводы в Мексику, а владельцам бизнеса, оставшимся в стране, обеспечило рычаг для сдерживания роста зарплат.

Трамп жёстко критикует НАФТА и обещает, что, будучи президентом, он будет заключать такие торговые соглашения, которые окажутся более благоприятными для рабочих. На первых порах его кампания опиралась на анти-иммигрантские настроения: он начал её с того, что назвал мексиканских иммигрантов «насильниками» и «убийцами».

The World’s Opinion Page

Help support Project Syndicate’s mission

subscribe now

Кампания Трампа основана на его репутации сказочно успешного бизнесмена, хотя не вполне ясно, насколько же он всё-таки был успешен: четыре банкротства, некоторые проекты с его брендом провалились. Он свирепеет от вопросов, а правда ли, что его состояние равно $10 млрд, как он сам заявляет, но при этом отказывается публиковать налоговую декларацию, а этого обычно ожидают от кандидатов в президенты.

Трамп продолжает говорить про абсурдную стену, которую он поклялся построить вдоль границы с Мексикой (причём за счёт Мексики), однако сейчас он делает главный акцент на вопросах торговли. И совсем не случайно то, что и для Трампа, и для Берни Сандерса (соперника Хиллари Клинтон за номинацию от Демократической партии) торговля стала важной темой. Трамп и Сандерс используют протестные настроения среднего класса. Безработица среди тех, кто только что закончил колледж (это ключевые избиратели для Сандерса), равна 12%. Большинство сторонников Трампа, возможно, не смогли поступить в колледж, а если они потеряли работу из-за торговых соглашений (или думают, что из-за них), они так и не получили обещанную им профессиональную переквалификацию (или же они работают за зарплату, которая стагнирует уже несколько лет).

С самого начала в кампании Трампа был явный привкус фашизма: решительный мужчина будет устранять барьеры, мешающие его сторонникам двигаться вперед. Чистой силой воли он сделает их жизнь лучше.

Когда в ноябре сторонники Трампа на митинге в Бирмингеме (штат Алабама) побили протестующего афро-американца, Трамп стал подзуживать их бить его ещё сильней, прикрикивая: «Гоните его отсюда». Ему понравилось, как это прозвучало, с каким восторгом отреагировала аудитория, и поэтому Трамп повторил эту фразу несколько раз, причём и на следующих акциях. Вместо того чтобы игнорировать протестующих, как поступают многие политики, Трамп, наоборот, привлекает к ним внимание, чтобы показать, как с ними ведёт себя сильный человек.

Поощрение насилия – один из инструментов Трампа, помогающих ему получить власть. Если он станет президентом (эту вероятность сегодня исключать нельзя), мало причин сомневаться в том, что он будет использовать насилие, чтобы удерживать власть. Вспышка насилия на месте предполагавшегося предвыборного митинга в Чикаго в середине марта, возможно, не была случайной: к ней располагало само выбранное место. Трампа похвалили за то, что он отменил мероприятие; понимая, как работают СМИ, он оказался с интервью на трех главных кабельных новостных каналах, беспрерывно повторявших кадры с дракой.

Запаниковавший республиканский истеблишмент, пытающийся сейчас помешать Трампу заручиться поддержкой необходимого для номинации числа делегатов, по всей видимости, слишком разобщён и неэффективен, чтобы преуспеть. Республиканцы также сомневаются, а стоит ли пытаться блокировать его на съезде, зная, что если они это сделают, его сторонники могут взбунтоваться. Несколько недель назад некоторые республиканцы уже начали привыкать к идее, что президент Трамп будет не так уж и плох, однако они прекратили эти попытки, когда Трамп продолжил откровенно призывать к насилию. Другая часть республиканцев пришла к выводу, что его национализм и изоляционизм, а также невежество в общественных делах, делают его опасным. А теперь у них есть другая причина для страха: появилось нечто, что никто не может остановить.

http://prosyn.org/CCR5iXG/ru;
  1. Television sets showing a news report on Xi Jinping's speech Anthony Wallace/Getty Images

    Empowering China’s New Miracle Workers

    China’s success in the next five years will depend largely on how well the government manages the tensions underlying its complex agenda. In particular, China’s leaders will need to balance a muscular Communist Party, setting standards and protecting the public interest, with an empowered market, driving the economy into the future.

  2. United States Supreme Court Hisham Ibrahim/Getty Images

    The Sovereignty that Really Matters

    The preference of some countries to isolate themselves within their borders is anachronistic and self-defeating, but it would be a serious mistake for others, fearing contagion, to respond by imposing strict isolation. Even in states that have succumbed to reductionist discourses, much of the population has not.

  3.  The price of Euro and US dollars Daniel Leal Olivas/Getty Images

    Resurrecting Creditor Adjustment

    When the Bretton Woods Agreement was hashed out in 1944, it was agreed that countries with current-account deficits should be able to limit temporarily purchases of goods from countries running surpluses. In the ensuing 73 years, the so-called "scarce-currency clause" has been largely forgotten; but it may be time to bring it back.

  4. Leaders of the Russian Revolution in Red Square Keystone France/Getty Images

    Trump’s Republican Collaborators

    Republican leaders have a choice: they can either continue to collaborate with President Donald Trump, thereby courting disaster, or they can renounce him, finally putting their country’s democracy ahead of loyalty to their party tribe. They are hardly the first politicians to face such a decision.

  5. Angela Merkel, Theresa May and Emmanuel Macron John Thys/Getty Images

    How Money Could Unblock the Brexit Talks

    With talks on the UK's withdrawal from the EU stalled, negotiators should shift to the temporary “transition” Prime Minister Theresa May officially requested last month. Above all, the negotiators should focus immediately on the British budget contributions that will be required to make an orderly transition possible.

  6. Ksenia Sobchak Mladlen Antonov/Getty Images

    Is Vladimir Putin Losing His Grip?

    In recent decades, as President Vladimir Putin has entrenched his authority, Russia has seemed to be moving backward socially and economically. But while the Kremlin knows that it must reverse this trajectory, genuine reform would be incompatible with the kleptocratic character of Putin’s regime.

  7. Right-wing parties hold conference Thomas Lohnes/Getty Images

    Rage Against the Elites

    • With the advantage of hindsight, four recent books bring to bear diverse perspectives on the West’s current populist moment. 
    • Taken together, they help us to understand what that moment is and how it arrived, while reminding us that history is contingent, not inevitable


    Global Bookmark

    Distinguished thinkers review the world’s most important new books on politics, economics, and international affairs.

  8. Treasury Secretary Steven Mnuchin Bill Clark/Getty Images

    Don’t Bank on Bankruptcy for Banks

    As a part of their efforts to roll back the 2010 Dodd-Frank Act, congressional Republicans have approved a measure that would have courts, rather than regulators, oversee megabank bankruptcies. It is now up to the Trump administration to decide if it wants to set the stage for a repeat of the Lehman Brothers collapse in 2008.