4

Триумф политики в Европе

МАДРИД. Экономика, в частности экономическая теория, в конечном итоге подчиняется политическим императивам. Именно поэтому быстро меняющийся европейский политический ландшафт, переформатированный избирательными восстаниями во Франции и Греции, направленными против поддерживаемой Германией политики жесткой экономии бюджетных средств, не мог не отразиться и на европейской экономической политике.

Такие императивы действовали на протяжении всей послевоенной истории Европы. Действительно, переход Европы от скромного таможенного союза Европейского экономического сообщества к единому рынку и единой валюте сегодняшнего Европейского валютного союза был принципиальным политическим шагом, разумеется, в том числе и стратегическим. Франция хотела найти общий язык с немецкими властями посредством их привлечения в европейский проект, а Германия была готова пожертвовать дойчмаркой ради признания Францией единой Германии, кошмара из недавнего прошлого Европы.

Экономически сильная Германия, вне всяких сомнений, имеет жизненно важное значение для европейского проекта, хотя бы потому, что история показала, насколько опасной может быть несчастная Германия. Действительно, именно благодаря евро и связанному им европейскому рынку Германия на сегодняшний день является вторым ведущим экспортером в мире (Китай обогнал ее только в 2009 году).

Европе, однако, всегда было трудно смириться с более уверенной в себе, если не сказать высокомерной, Германией. Нынешний политический кризис в Европе показывает, что, независимо от того, насколько разумными в теории являются предписания канцлера Ангелы Меркель по введению мер строгой экономии для долговой периферии Европы, они все равно напоминают немецкий диктат. Проблемой для многих является не просто исторический для Европы «немецкий вопрос», но и то, что Германия может закончить экспортом остальной Европе тех же призраков радикальной политики и агрессивного национализма, которые их экономический успех установил дома.