0

Возрождение японской демократии

НЬЮ-ЙОРК - Настроения и мода часто накрывают Японию как цунами, тайфуны или оползни. Спустя более 50 лет практически непрерывного нахождения у власти, правящая Либерально-демократическая партия (ЛДП) потерпела крах на всеобщих выборах. Изменения уже происходили однажды в 1993 году, когда коалиция оппозиционных партий ненадолго пришла к власти, однако ЛДП все же удержалась, сохранив большинство мест во влиятельной нижней палате парламента. На сей раз пал даже этот последний оплот. Левоцентристская Демократическая партия Японии (ДПЯ) завоевала более 300 из 480 мест в нижней палате. ЛДП больше не правит страной.

Все внимание мира было приковано к возвышению Китая, поэтому мало кто обратил внимание на такое сейсмическое изменение в политике второй по величине экономики земного шара. В мировой прессе японская политика имеет довольно скучный имидж. Большинство из тех редакторов, кто хоть что-то пишет о Японии, предпочитают истории о безумии ее популярной молодежной культуры, или диких основах японского секса.

Главной причиной этого, безусловно, является тот факт, что японская политика была скучной, по крайней мере, с середины 1950-ых годов, когда ЛДП стала монопольным правителем. Только реальные поклонники тайных шагов правящей партии следили за подъёмами и падениями фракционных боссов, многие из которых являлись представителями авторитетных политических семей, и большинство из которых полагались на теневое финансирование. Время от времени происходили коррупционные скандалы, однако они тоже были лишь частью внутрипартийных маневров, направленных на обуздание политиков, ставших слишком высокого мнения о себе, или пытавшихся захватить власть до того, как настало их время.

Система работала по определенному типу: фракционные боссы ЛДП сменяли друг друга на посту премьер-министра, они «получали на лапу» благодаря различным деловым интересам, более или менее одаренные бюрократы решали вопросы внутриэкономической политики, а Соединенные Штаты заботились о безопасности Японии (а также и о большей части ее внешней политики). Некоторые полагали, что такая система будет длиться вечно.