0

Протоколы Фокс Ньюс

НЬЮ-ЙОРК. Когда бы я ни слышал, как представители правого крыла республиканцев в Америке называют себя “консерваторами”, внутренне я испытываю что-то подобное удару электрического тока.

Консерватор – это человек, который в традициях английского парламентария восемнадцатого века Эдмунда Бурка верит, что существующий порядок заслуживает уважения, даже почтительности. Либерал, напротив, это тот, кто готов изменить установленный порядок в погоне за мечтой о лучшем мире.

Историк “вигов” девятнадцатого века Томас Макалэй хорошо описал это отличие. В Англии существует “две великие партии”, писал он, что подтверждало “отличие“, которое “всегда существовало и всегда должно существовать”.

С одной стороны были либералы, “класс людей, сангвинических в надежде, смелых в размышлениях, всегда стремящихся вперед … и склонных верить в то, что любая перемена является улучшением”. С другой стороны были консерваторы, “класс людей, которые цепляются с любовью за все старое и которые, даже когда им приведут убедительные доводы, что инновации будут влиять благотворно, соглашаются с ними, высказывая много опасений и предзнаменуя беду”.