0

Конец пацифизма камикадзе? Террор и японская мирная конституция

Хотя мне известно, что 7 декабря 2001 года отмечалась 60-я годовщина тех печальных событий, я и вообразить не мог, что фраза «Перл-Харбор» будет так часто на слуху в этом году. Ее начали повторять после самого, что ни на есть прозаического события - выхода в июне этого года диснеевского фильма «Перл-Харбор». Однако после 11 сентября многие американцы говорят о террористических атаках как о «первой атаке на США со времен Перл-Харбора». А один даже сказал мне, что Япония получила блестящую возможность стереть со своего имени клеймо позора, связанного с Перл-Харбором. И Япония попыталась это сделать, оказав военную поддержку США.

В течение всех этих лет, критика японской оборонной политики подчас становилась слищком суровой. И в самом деле, в журнале « The Economist » японцы однажды с издевкой были названы «пацифистами камикадзе». В действительности же, дебаты в Японии по поводу оборонной политики всегда бередят душу тяжелыми воспоминаниями о войне и ужасах Хиросимы и Нагасаки. Но, несмотря на все это, Япония ответила на сентябрьские террористические атаки принятием нового закона, который позволяет ей оказывать поддержку американским силам в войне против террористов. Специальный, принятый в октябре японским парламентом антиреррористический закон дал Японии возможность послать свои силы самообороны за море для оказания поддержки американским силам посредством поставок продовольствия и транспорта, предоставления услуг по ремонту и техническому обслуживанию, оказания медицинской помощи и т.д.

Даже хотя силы самообороны до сих пор не могут участвовать в военных действиях, антитеррористический закон является первым законом, который позволяет Японии отправлять вооруженные силы для поддержки военных операций, проводимых за пределами территории Японии и ее территориальных вод во время вооруженных конфликтов. То, что Япония с готовностью предложила свою помощь после событий 11 сентября, говорит о моральной травме, полученной ею десять лет назад во время войны в Персидском заливе. Хотя Япония дорого заплатила за эту войну, подняв внутренние налоги, ее действия по оказанию поддержки союзникам были практически незамечены. И действительно, слово ``Япония'' не фигурировало в заявлении правительства Кувейта, опубликованного после окончания войны, в котором оно выражало благодарность тринадцати странам-участникам международной коалиции, выдворявшим Ирак из Кувейта.

Эти обсуждения болезненны также и по причинам институционального характера. Это связано с так называемой японской ``мирной конституцией'', включая ее девятую статью, запрещающую стране иметь ``военный потенциал'', написанной после Второй мировой войны под сильным нажимом США и в результате глубокого осмысления событий войны, которую страна вела на Тихом океане. Отдельные понятия, содержащиеся в конституции, были настолько чужды японским традициям, что для их выражения потребовалось создать новые идеограммы. Однако вскоре после начала холодной войны девятая статья стала казаться чересчур идеалистической, по крайней мере, некоторым. С тех пор в Японии возникла суровая конфронтация между сторонниками пересмотра конституции и теми, кто хотел защитить мирную конституцию в том виде, в котором она была написана.