3

Там, где Европа работает

СТОКГОЛЬМ – Волнения в шведских городах, которые вызваны беспорядками со стороны безработных иммигрантов, для многих наблюдателей являются свидетельствами провала экономической модели Швеции. Но они ошибаются. Шведская (скандинавская) модель, сформировавшаяся за последние 20 лет, является единственным надежным путем к устойчивому развитию, найденным Европой за десятилетия своего существования.

Европейцам следует помнить, что представления о силе и слабости могут быстро меняться. В 1980-х годах Скандинавские страны выступали за хронический дефицит бюджета, высокую инфляцию и повторяющиеся девальвации. В 1999 году экономисты навесили на Германию ярлык «больного человека евро» ‑ памятник европейскому склерозу с низкими темпами роста и высокой безработицей.

Однако теперь призрак девальвации исчез из северных европейских стран. Бюджеты близки к равновесию, учитывая более низкие государственные расходы и налоги, в то время как экономический рост восстановился. Переход старых европейских государств к модели всеобщего благосостояния начался с Северной Европы, и теперь он идет в большинство остальных стран континента.

Сегодня трудно представить себе мышление, которое существовало до Маргарет Тэтчер, которая пришла к власти в Соединенном Королевстве в 1979 году, и Рональда Рэйгана, ставшего президентом Соединенных Штатов в 1981 г. Величайшим достижением Тэтчер стала либерализация слишком сильно контролируемого государством рынка труда, в то время как Рейган совершил переворот своей инаугурационной речью: «В нынешнем кризисе правительство не является решением проблемы; правительство является проблемой». Моральное превосходство высоких предельных налогов на доходы внезапно испарилось. Их место заняли идеи о свободном рынке.