0

Обанкротившаяся вера в финансовую дерегуляцию

ЖЕНЕВА. Сейчас, когда отступает мировой финансовый кризис, наступило время критически оценить ошибки и позаботиться о том, чтобы они больше не повторялись. Помимо улучшения законов и актов, отменяющих выплаты материального поощрения за принятие безрассудно рискованных решений и строящих китайские стены между инициаторами фондовых активов и рейтинговыми агентствами,нам нужно еще определить, почему было так трудно предсказать нынешний кризис.

Международный валютный фонд является нашим сторожевым псом, и многие полагают, что он не смог предвидеть кризис, потому что он был сбит с толку и смотрел не в том направлении. Я не согласен. Проблема в том, что фонд не мог интерпретировать факты, с которыми он столкнулся.

Я работал в правлении МВФ в июне 2006 года, когда там обсуждали годовой отчет о состоянии дел в Соединенных Штатах. Сотрудники “видели” послабление стандартов кредитования на ипотечном рынке США, но заметили, что заемщики со значительным риском увеличения выплат по ипотеке остаются в меньшинстве и представляют, в основном, семьи с высокими доходами, которые были в курсе рисков, связанных с обслуживанием займа.

Спустя несколько месяцев, в сентябре 2006 года, всего лишь за десять месяцев до того, как кризис субстандартной ипотеки стал очевиден для всех, в Докладе о финансовой стабильности в мире (GFSR) утверждалось, что “основные финансовые учреждения на высокоразвитых рынках жизнеспособны, оставаясь рентабельными и хорошо капитализированными”. Более того “финансовые сектора во многих странах” были предположительно “в хорошем положении, чтобы справиться с любыми циклично возникающими проблемами и предстоящими дальнейшими корректировками рынков”.