0

Вовлеченные в политику интеллектуалы из Анд

МЕХИКО. Роль вовлеченных в политику интеллектуалов имеет длительную и повсеместно распространенную историю. Недавно умерший испано-французский романист и сценарист Хорхе Семпрун был на протяжении многих лет членом Центрального комитета испанской коммунистической партии, а затем был министром культуры в первом испанском правительстве социалистов, созданным после свержения диктатуры Франко. Диссиденты, такие как Вацлав Гавел, в очень сильной степени повлияли на закат коммунистических режимов в странах Восточной Европы.

Но, пожалуй, ничто не служит таким хорошим примером традиций вовлеченности интеллектуалов в политику, как пример Жана-Поля Сартра. Его точка зрения значительно отличалась от точек зрения художников и мыслителей, сторонников либеральной традиции, таких как Октавио Паз и Исайа Берлин. По мнению Сартра (и многих его современников) интеллектуалы должны не только выражать свои политические взгляды, но также и активно участвовать в политике, сражаясь за правое дело (чтобы это ни означало).

Эта точка зрения привела некоторых интеллектуалов наподобие Сартра к тому, что они заняли позицию, защищающую Сталина и Гулаг; некоторые, такие как Андре Моруа, вошли в состав правительства Шарля де Голля; в то время как другие, несколько позже, стали безоговорочными защитниками Израиля и проводимой им политики..

В Латинской Америке вовлеченные в политику интеллектуалы поныне живы и процветают. Некоторые – включая, в какой-то степени, и меня ‑ до недавних пор думали, что, поскольку демократия одержала победу в регионе, то непропорционально высокий политический вес художников, писателей, поэтов и музыкантов начнет снижаться; поэтому они больше не будут голосом тех, у кого нет возможности высказать свое мнение, поскольку теперь они обрели право голоса.