Paul Lachine

Укрощение финансов в век строгой экономии

НЬЮ-ЙОРК. Совсем недавно мы могли сказать: ”Мы все сейчас кейнсианцы”. Финансовый сектор и его идеология свободного рынка привели мир на грань катастрофы. Определенно рынки не корректировали сами себя. Дерегуляция доказала, что она является зловещей ошибкой.

“Инновации”, высвобожденные современными финансами, не привели к более высокой долгосрочной эффективности, более быстрому экономическому росту или всеобщему процветанию. Вместо этого, они были созданы для того, чтобы обойти стандарты отчетности и уклониться от выплаты налогов, которые требуются для финансирования государственного инвестирования в инфраструктуру и технологии – подобно Интернету – где происходит настоящий экономический рост, а не призрачный рост, рекламируемый финансовым сектором.

Финансовый сектор вещал с умным видом не только тогда, когда вопрос касался того, как создать динамичную экономику, а также тогда, когда нужно было решить, что делать в случае рецессии (которая, согласно идеологии, могла произойти только из-за провала правительства, а не рынка). Как только экономика вступает в рецессию, доходы падают, а затраты – скажем, на пособия по безработице – увеличиваются. Поэтому дефицит растет.

To continue reading, please log in or enter your email address.

Registration is quick and easy and requires only your email address. If you already have an account with us, please log in. Or subscribe now for unlimited access.

required

Log in

http://prosyn.org/AARIq56/ru;