24

Прочие подозреваемые в изнасиловании в Швеции

НЬЮ-ЙОРК. Мне, как ярому противнику насилия и других форм жестокости по отношению к женщинам, сложно понять ту лень и умышленное невежество, с которым в СМИ освещаются обвинения в преступлениях сексуального характера основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа. Чтобы заявить, что мы просто наблюдаем за шведским правосудием в действии, нужно намерено не проводить никаких расследований – даже таких минимальных, как поднять трубку телефона. По сути, мы являемся свидетелями странного отклонения от нормального расследования преступлений сексуального характера в Швеции – дело, которое демонстрирует жестокую реальность, полную, в лучшем случае, безразличия, с которой сталкиваются жертвы здесь и в других местах.

Если бы меня изнасиловали в Уппсале, где Ассанж якобы совершил свое преступления, окружные прокуроры вряд ли стали бы требовать от правительства ареста того, кто на меня напал. Напротив, «обычный» шведский насильник и обидчик женщин предполагает, что полиция может не явиться на зов. Когда я попыталась воспользоваться горячей линией помощи жертвам изнасилования в государственном Кризисном центре для женщин в Стокгольме, никто не поднял трубку – там даже не было автоответчика.

По данным защитников жертв изнасилования в Швеции, треть шведских женщин стали объектом сексуального нападения еще будучи подростками. На самом деле, согласно исследованию, опубликованному в 2003 году, а также более поздним исследованиям, вплоть до 2009 года, Швеция имеет самые высокие показатели в Европе по количеству сексуальных нападений, а также самые низкие показатели по количеству выдвинутых обвинений.  

Когда я добралась до стокгольмского филиала Terrafem, организации, оказывающей поддержку жертвам изнасилования, одна из волонтеров рассказала мне, что за свой многолетний опыт работы ни разу не видела, чтобы шведская полиция, прокуроры и судьи при преследовании какого-либо подозреваемого принимали меры, хотя бы отдаленно напоминающие методы преследования Ассанжа. По гораздо более распространенному сценарию – по сути, единственному возможному сценарию, – даже в случае предоставления значительного количества доказательств уголовное дело возбуждалось крайне редко.