Skip to main content

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated Cookie policy, Privacy policy and Terms & Conditions

haass109_Mark WilsonGetty Images_trumplookinglikeababy Mark Wilson/Getty Images

Убийство Сулеймани и стратегическая непоследовательность США

НЬЮ-ЙОРК – Около трёх десятилетий назад США вышли из Холодной войны, обладая исторически беспрецедентной степенью абсолютной и относительной власти. Но трудно понять – и, конечно, это заставит будущих историков ломать голову, – почему целый ряд президентов США решили направить столь значительную часть этой силы на Ближний Восток и, более того, растратить в этом регионе столько американской мощи впустую.

Эта тенденция прослеживается, начиная с неспровоцированной войны Джорджа Буша-младшего против Ирака в 2003 году. В тот момент у США не было никакой необходимости начинать эту войну. Существовали и другие варианты сдерживания Саддама Хусейна, и в значительной мере они уже применялись. Но после терактов 11 сентября 2001 года Буш решил, что он должен действовать: может быть, чтобы не допустить создания и использования Саддамом оружия массового поражения, или чтобы сигнализировать, что Америка – это не беспомощный гигант, или чтобы спровоцировать демократические преобразования во всём регионе, а может быть, ради некой комбинации всего перечисленного.

Его преемник, Барак Обама, вступил в должность, будучи решительно настроен сократить участие Америки в делах региона. Обама вывел американские войска из Ирака, и, хотя изначально он увеличил численность войск в Афганистане, был утверждён график их вывода оттуда. Большой стратегической идеей его администрации была «ребалансировка»: внешняя политика США должна была снизить акцент на делах Ближнего Востока и больше сосредоточится на делах Азии – главной арене, где будет определяться развитие мира в новом столетии.

Однако у Обамы возникли проблемы с реализацией этой стратегии. Он так и не завершил полный вывод американских войск из Афганистана, и он вернул их в Ирак, а также провёл плохо продуманную военную кампанию против ливийского лидера, которая завершилась появлением недееспособного государства. Кроме того, Обама заявлял о поддержке смены режима в Сирии, хотя в этом случае возобладало его нежелание ещё глубже ввязывать США в дела Ближнего Востока.

Когда почти три года назад на смену Обаме пришёл Дональд Трамп, он был твёрдо намерен не повторять предполагаемые ошибки своего предшественника. Лозунг «Америка прежде всего» сигнализировал, что акцент будет делаться на внутренних приоритетах. Экономические санкции и пошлины, а не военная сила, стали предпочтительными инструментами национальной безопасности. Бум добычи нефти и газа в США позволил стране стать самодостаточной с точки зрения энергоресурсов, что снизило непосредственное значение Ближнего Востока.

В той мере, в которой внешняя политика оставалась для США приоритетом, она сводилась к решению проблемы возобновившегося соперничества великих держав, и прежде всего, это касалось вызовов, брошенных Китаем в Азии и Россией в Европе. Более того, Китай и Россия подверглись особой критике в «Стратегии национальной безопасности» 2017 года за то, что они хотят «сформировать мир, который прямо противоположен ценностям и интересам США».

Subscribe now
Bundle2020_web

Subscribe now

Subscribe today and get unlimited access to OnPoint, the Big Picture, the PS archive of more than 14,000 commentaries, and our annual magazine, for less than $2 a week.

SUBSCRIBE

На Ближнем Востоке Трамп изо всех сил старался сократить присутствие и обязательства США. Он отвернулся в сторону, когда Иран атаковал нефтяные танкеры, американские беспилотники, а также завод первичной переработки нефти в Саудовской Аравии, и он повернулся спиной к курдам в Сирии, хотя они были партнёром, который помог Америке разгромить ИГИЛ в этой стране. В октябре Трампу пришлось даже сказать: «Пусть кто-нибудь другой сражается за этот давно залитый кровью песок». Главным исключением из этого отказа от военных действий стали американские удары, нанесённые в конце декабря 2019 года по объектам, связанным с «Катаиб Хезболлой». Эта поддерживаемая Ираном военизированная группировка обвинялась в организации проведённой несколькими днями ранее атаки, в ходе которой был убит американский подрядчик и ранены несколько военнослужащих.

Именно на этом фоне Трамп приказал осуществить целенаправленное убийство генерала Касема Сулеймани, который, судя по всему, являлся вторым по степени могущества человеком в Иране. Что именно подтолкнуло Трампа сделать это, остаётся неясным. Администрация ссылается на разведданные, согласно которым Сулеймани планировал новые атаки на американских дипломатов и солдат. Впрочем, решение действовать могло быть также мотивировано ситуацией с посольством США в Багдаде, которое подверглось нападению вооружённых лиц, поддерживаемых Ираном. Эта ситуация напоминала об осаде и последующем захвате заложников в посольстве США в Тегеране в ноябре 1979 года и об атаке 2012 года на консульство США в Бенгази, за что республиканцы жёстко критиковали Хиллари Клинтон, тогда госсекретаря США. Ещё одним мотивирующим фактором мог стать твит, опубликованный от имени верховного лидера Ирана аятоллы Хаменеи, который насмехался над Трампом: «Ты не можешь делать, что угодно».

Учитывая высокое положение, которое занимал Сулеймани, Иран вряд ли отступит. В его распоряжении имеется много вариантов действий, в том числе широкий спектр военных, экономических и дипломатических целей во многих странах региона. Он может действовать напрямую или через прокси-структуры; он может использовать вооружённые силы или кибератаки. Вполне возможно, что у США не останется иной альтернативы, кроме как начать выделять ещё больше военных ресурсов на Ближний Восток и использовать их для ответа на действия Ирана. Такой путь может привести к новым иранским провокациям. Всё это происходит в тот момент, когда растёт озабоченность по поводу ракетной и ядерной программ Северной Кореи, по поводу российской военной угрозы Европе и ослабления механизмов контроля над вооружениями, призванных сдерживать ядерное соперничество между США и Россией, а также по поводу наступления новой эпохи технологического, экономического, военного и дипломатического соперничества с Китаем.

В декабре я опубликовал статью, основанную на идее, что США всё активней дистанцируются от Ближнего Востока, что вызвано разочарованием внутри страны результатами войн, которые там велись, а также сокращением энергозависимости от этого региона и желанием сосредоточить ресурсы на других регионах мира и на самой Америке. Вполне может быть, что я ошибся. А может быть, ошибся Трамп, когда выбрал такой вариант действий, не подумав сначала как следует о его стратегических последствиях.

https://prosyn.org/YV9GXV2ru;