0

Спотыкаясь в темноте

САН-ПАУЛУ. Под тяжелый стук Часа Земли люди проявляют свои лучшие побуждения. Как только ударило 8:30 после полудня в субботу 27 марта, около миллиарда людей из более 120 стран продемонстрировали свое желание что-то сделать с глобальным потеплением, выключив свет в своих домах на час. В знак официальной солидарности свет также погас во многих наиболее культовых сооружениях планеты, от оперного театра в Сиднее, до великой пирамиды в Гизе, не говоря уже о «Запретном городе» в Пекине, Эмпайр-стейт-билдинг в Нью-Йорке, Эйфелевой башне в Париже и силуэтах высотных зданий в Гонконге и Лас-Вегасе.

Чем бы это еще не было, Час Земли, несомненно, является одним из наиболее успешных публичных событий, о которых только можно было мечтать. Впервые он был организован в 2007 году в Сиднее в Австралии местным отделением Всемирного фонда дикой природы. И с тех пор его популярность и уровень участия (как частных лиц, так и организаций) значительно выросли – вплоть до того, что на земле едва ли остался уголок, который не затронула эта кампания. Как отметил глава Всемирного фонда дикой природы в Австралии Грег Бурн: «У нас есть последователи от Касабланки до лагерей сафари в Намибии и Танзании».

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Однако действительно ли Час Земли сделал что-нибудь, чтобы остановить – или даже замедлить – глобальное потепление? Не так много.

Популярность события не трудно измерить. И кто, как не страна, наиболее упрямо отрицающая факт глобального потепления, могла бы не поддержать это мероприятие, однако в этом году на американском веб-сайте Часа Земли было написано, что всего лишь «выключив свет 27 марта в 8:30 после полудня, вы сделаете шаг к более чистой, более безопасной стране.»

Излишне говорить, что это не совсем правильно. Главное, что было достигнуто теми, кто выключил свет в вечернее время на один час, ‑ это то, что стало труднее видеть. Воздействие на окружающую среду было незначительным. В действительности, если бы каждый принял участие на протяжении требуемого часа, то результат был бы равен выключению выбросов углекислого газа Китая примерно на 45 секунд.

Конечно, этот дико оптимистичный подсчет предполагает, что никто не потреблял после этого мероприятия больше энергии, чем обычно. Недавнее исследование двух канадских психологов показывает, что люди, которые потратили деньги на продукты, полученные по «зеленым» технологиям, непосредственно после этого случая, были менее склонны к великодушию и проявляли большую склонность к тому, чтобы совершить кражу, чем те, кто купил «не зеленую» продукцию. Очевидно, что такие добродетельные поступки – как выключение света – дают нам впоследствии чувство того, что мы можем поступить плохо.

Организаторы Часа Земли признали символическое значение этого события. Они отметили, что выключение света – это только «призыв к действию». Как объяснил генеральный директор Джеймс Лип, эта акция дает «глобальную платформу для миллионов людей выразить свою озабоченность разрушительными эффектами изменения климата». Еще один чиновник Всемирного фонда дикой природы добавил: «Это говорит нашим политикам, что они не могут закрыть глаза на изменение климата».

Все это хорошо и правильно. Однако, по мнению Энди Ридли, у Часа Земли более специфическая повестка дня. Кроме того, что он первым подал эту идею, выпивая с друзьями в сиднейском клубе несколько лет назад, Ридли также является исполнительным директором Глобального Часа Земли, таким образом, по-видимому, он говорит об этом с некоторым авторитетом. «То, что мы все еще ищем в предстоящем году, - сказал он издательству AssociatedPressна прошлой неделе, ‑ это глобальный договор, который бы вдохновил все страны сократить свои выбросы».

В этом заключается более серьезная проблема Часа Земли. Несмотря на то, что нам бы хотелось думать по-другому, факт заключается в том, что выбросы углекислого газа не сократятся вследствие договора. Если бы было возможно решить проблему политически, то это бы уже сделали давно – если не на «Саммите Земли» 1992 года в Рио-де-Жанейро, то в Киото спустя 12 лет, а затем в Копенгагене в декабре прошлого года. Однако этого не было сделано.

В действительности, после попыток почти в течение двадцати лет, самая лучшая сделка по климату, которую смогли заключить страны, не возлагает реальных обязательств, не устанавливает обязывающих уровней по выбросам и ни от кого не требует специфических действий. Конечно, из этого нужно извлечь урок.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Увы, организаторы Часа Земли предпочитают игнорировать эту неудобную реальность. Однако нет способа обойти ее. Если мы серьезно хотим решить проблему глобального потепления, то нам нужно принять меры, которые действительно окажут положительное влияние – в противоположность трате ценных ресурсов на пустые соглашения и моральные заявления, которые только дают нам чувство пользы. Выключение света и обещания сократить выбросы углекислого газа может дать нам моментальное чувство добродетельности, но это все, что дают эти поступки.

Значимое решение проблемы глобального потепления требует сосредоточения на поиске и развитии источников чистой энергии, вместо того чтобы сосредотачиваться на пустых обещаниях сократить выбросы углекислого газа. Только с 0,2% ВВП, или 100 миллиардами долларов США в год, мы могли бы перейти к продвижению технологического прорыва, который потребуется для того, чтобы достаточно удешевить зеленую энергию, чтобы обеспечить будущее без углекислого газа. Давайте перестанем спотыкаться в темноте и начнем делать что-то значимое для приближения более светлого будущего.