0

Сцены войны с наркотиками

Борьба с наркотиками принимает различные формы. Ее военизированный вариант представлен в Колумбии, где специально обученные войска обследуют джунгли и горные районы, разбрасывая дефолианты с вертолетов. Однако политика «отравленной земли» способна уничтожить только растения коки, но не крестьян, большинство которых перебирается в Эквадор, чтобы продолжить выращивать коку там.

Вместо этого можно на месте макового поля вырыть большой пруд, обсадить его деревьями, наполнить рыбой, населить утками и дать возможность детям на них любоваться. Это поможет уничтожить целое поле маков, восстановит лесные массивы, обеспечит местных жителей протеином, благодаря рыбе и дичи, а также создаст рабочие места для детей. Таким, по крайней мере, был замысел Агентства Соединенных Штатов по Международному Развитию (USAID), легший в основу программы по уничтожению маковых плантаций в Афганистане, поскольку колумбийский опыт был не слишком успешен.

Мак и кока являются отличным источником денег для крестьян, у которых мало земли и возможностей, - они почти не требуют ухода, зато приносят надежный доход. В то же время, борьба с выращиванием мака и/или коки – удобный политический аргумент. Гораздо проще потратить миллионы долларов на уничтожение плантаций мака/коки в странах третьего мира, чем противостоять наркомании у себя в стране. Показать бессмысленность этих усилий можно на примере нескольких программ предпринятых в Афганистане, с которыми мне довелось столкнуться.

Обещание субсидировать борьбу с выращиванием мака подтолкнуло Американское посольство в Исламабаде к активным действиям. Жена тогдашнего Посла Соединенных Штатов лично возглавила эту программу. Она даже вылетела в Кветту, чтобы обсудить с Муллой Назимом Аухундзада программу по вытеснению маковых насаждений. Мулла Аухундзада был в то время эмиром Хелманда, значительного района на юго-западе Афганистана, лидирующего в производстве мака. Он пообещал сократить маковое производство в обмен на поставку зерна, тракторов и других товаров.