32

Больше безопасности для всех в Европе – за новый старт контроля за вооружением

БЕРЛИН – Безопасность Европы находится под угрозой. Всего лишь несколько лет назад мы крайне мало хотели представлять себе такое, сегодня же озабоченность по поводу безопасности Европы стоит в самом верху нашей политической повестки дня.

Еще до начала конфликта вокруг Украины конфронтацию блоков, которая на протяжении долгого времени считалась преодоленной, уже можно было почувствовать заново. Конфронтацию, которая проявляется более не как антагонизм между коммунизмом и капитализмом, а как спор о правильном общественном порядке, о свободе, демократии, верховенстве закона и правах человека, а также как борьба за геополитические сферы влияния.

Aleppo

A World Besieged

From Aleppo and North Korea to the European Commission and the Federal Reserve, the global order’s fracture points continue to deepen. Nina Khrushcheva, Stephen Roach, Nasser Saidi, and others assess the most important risks.

Осуществив аннексию Крыма в нарушение норм международного права, Россия поставила под вопрос основные принципы европейской мирной архитектуры. Конфликтные структуры претерпели драматические изменения: все большее значение приобретают гибридные формы конфронтации и негосударственные игроки. Новые технологии таят в себе также и новые опасности: кибервозможности наступательного характера, оснащенные вооружением БПЛА, робототехника, электронные боевые средства, лазерное оружие, а также управляемое самонаводящееся вооружение. Новые сценарии применения – меньшие по численности подразделения, более высокая боеспособность, возможность более быстрой переброски сил – не учитываются действующими режимами, призванными обеспечивать прозрачность и контроль. Существует угроза возникновения опасной спирали вооружения нового типа.

Модели конфликтов изменились, однако одно воспоминание по-прежнему живо. Так, в наиболее обостренные дни холодной войны Вилли Брандт, несмотря на большое сопротивление, осмелился сделать первые шаги в сторону политики разрядки. Переступив через все, что разделяет, он искал объединяющие аспекты, найдя их в Восточных договорах и положениях подписанного в Хельсинки Закл��чительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. В последние два десятилетия мы считали мир в Европе, наследие политики разрядки, самим собой разумеющимся. Сейчас же все снова оказалось на кону. Между Россией и Западом легли глубокие пропасти, и я опасаюсь, что, даже приложив максимальные усилия, нам не удастся их скоро преодолеть. С уверенностью можно только сказать, что без таких усилий мир в Европе и за ее пределами станет хрупким.

Рецепты прошлого помогают не всегда, однако правильными остаются уроки, извлеченные из политики разрядки: даже через глубокие пропасти необходимо пытаться наладить мосты. В долгосрочной перспективе мы не можем организовывать безопасность в Европе на основе взаимного противодействия. Безопасность – это не игра с нулевой суммой. Мы также не можем прекратить вести поиск возможностей и сфер кооперативной безопасности. Поэтому нам требуются конкретные инициативы по обеспечению безопасности.

Никто не должен строить себе иллюзий по поводу трудностей, а также того, что возможно сейчас – именно сегодня, в мире полном трещин, среди всех конфликтов – на востоке Украины, в Сирии, в Ливии – во времена, когда мы не находимся в неуязвимом положении от очередной эскалации и дальнейших поражений.

Однако именно поэтому я призываю к перезагрузке контроля за вооружением как зарекомендовавшего себя средства обеспечения прозрачности, предотвращения рисков и создания атмосферы доверия.

После доклада Хармеля от 1967 года в обращении с Россией Запад делает ставку на двойную стратегию «устрашения и разрядки». В ходе Варшавского саммита НАТО признало себя сторонником данной стратегии. Мы заключили необходимую военную перестраховку, одновременно с этим мы подтвердили нашу политическую ответственность за кооперативную безопасность в Европе.

Только: устрашение конкретно и для всех видимо. Однако и предложение о сотрудничестве должно быть также конкретным! Иначе будет утеряно равновесие, возникнет ошибочное восприятие, а спирали эскалации останется мало что противопоставить.

Существующие режимы по контролю за вооружением и разоружением распадаются на протяжении лет. Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), который после 1990 года помог в уничтожении десятков тысяч танков и тяжелого вооружения, на протяжении последних лет Россией более не реализуется. Механизмы верификации Венского документа пробуксовывают, Россия отказывается от необходимой модернизации. Ограничениям подвергается также и Договор по открытому небу (ДОН). С аннексией Крыма Будапештский меморандум как гарантия безопасности стал для Украины макулатурой. Пропало доверие, достигнутое за десятилетия в результате кропотливого труда.

Одновременно с этим мы слышим от России требования по проведению новой дискуссии о контроле за обычным вооружением в Европе. Пришло время поймать Россию на слове!

С моей точки зрения, перезагрузка контроля за обычным вооружением должна охватывать пять сфер. Нам необходимы договоренности, которые:

·         определяют региональные верхние границы, минимальные расстояния и меры по обеспечению прозрачности (в особенности в чувствительных с военной точки зрения регионах, например, в Прибалтике);

·         принимают во внимание новые военные возможности и стратегии (сегодня мы говорим не столько о классических, тяжеловооруженных армиях, сколько о небольших мобильных подразделениях, то есть мы должны учитывать, например, также и транспортные возможности);

·         включают в себя новые системы вооружения (например, БПЛА);

·         позволяют осуществлять достоверную верификацию: готовую в кратчайшие сроки к действию, гибкую и независимую во время кризисов (например, с помощью ОБСЕ);

·         могут применяться также и в регионах со спорным территориальным статусом.

Все это комплексные и сложные вопросы. Помимо этого мы стремимся к структурированному диалогу со всеми партнерами, ответственными за безопасность нашего континента. Важной платформой для ведения диалога на данную тему является ОБСЕ,функции председателя которой в этом году исполняет Германия.

Имеет ли подобная затея шансы на успех – во времена претерпевающего эрозию мирового порядка, а также принимая во внимание Россию? Признаюсь, уверенности в этом нет. Однако не предпринять из-за этого попытку было бы малоответственно. Да, Россия нарушила основополагающие принципы поддержания мира. Да, эти принципы – территориальная неприкосновенность, свобода выбора альянсов, признание норм международного права – не могут являться для нас предметом переговоров. Однако в то же время мы должны быть заинтересованы в избежании любого дальнейшего закручивания спирали эскалации. Мы разделяем точку зрения о том, что наш мир стал опаснее: исламистский терроризм, ожесточенные конфликты на Ближнем Востоке, падающие государственные режимы, а также миграционный кризис угрожают нам всем. Наша эффективность в сфере политики безопасности – как на Западе, так и в России – находится в крайне напряженном состоянии. Никто не выиграет, а все только проиграют, если мы изнурим друг друга в новой гонке вооружений.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

С помощью перезагрузки контроля за вооружением мы можем сделать конкретное предложение о сотрудничестве, а именно для всех тех, кто хочет нести ответственность за безопасность Европы.

Пришло время попробовать совершить невозможное...